— Подпишите, пожалуйста, протокол опроса, эр Строгов. На каждом листе: «С моих слов записано верно, мной прочитано». Полное имя, включая родовое. Подпись. Дата. Также распишитесь в графах, в которые проставлены галочки. Об ответственности за дачу ложных показаний. Что вам были разъяснены ваши права. Что были извещены о возможности приглашения поверенного или защитника.
Я молча подписал протокол во всех нужных местах. Следователь прошил документы и, прямо у меня на глазах, заверил прошивку печатью участка, с указанием количества листов. Тщательно перечеркнул пустые места. Сразу видно. Не для меня старается. Просто привык так делать. Тоже, думаю, не уровень участка. Представляю как здесь младшие приставы протоколы оформляют. «Авария случилась потому, что на дорожном покрытии были большие выебоны.» Как-то так, наверняка.
— Все. Мы закончили. Последний штрих, и вы можете отправляться на поиски «мороженки». Кстати, отличное кафе «Сладость» недалеко от участка. Рекомендую. Там еще рожок с тремя кругалями вывеской служит. Наши его «Три поросенка» называют, ума не приложу почему.
Я слегка напрягся.
— Что за штрих? Надеюсь приятный?
— Вам понравится. Если вы неравнодушны к вниманию. На всех отличившихся при защите аэростата были направлены представления к наградам. На вас в том числе. Представлению, конечно, нужно еще пройти все инстанции, но вопрос практически решенный. Вот ваше приглашение на церемонию вручения. Проходить она будет в министерстве. Через полтора месяца. Награды вручит Гавриил Романович лично.
Гавриил Романович. Значит с министром ты на короткой ноге. Прокалываемся по мелочи, господин дознаватель.
— Благодарю. Это честь для меня. Я могу идти, господин Вайнер?
— Да. Да мы закончили, — он бросил мои показания в стопку таких же прошитых листов. — Благодарю за сотрудничество.
Ну я и откланялся.
Значит, я попал в зону внимания МВД. Судя по всему, лично министра или кого-то из его замов. Плохо, что так быстро. Непонятно, как меня вообще взяли в разработку. Ну да, по первости я не очень осознавал, насколько в Ожерелье стала общедоступной информация. Если зацепиться, то в моем нынешнем поведении можно обнаружить кучу странностей. И все они публичны или зафиксированы в документах. Да начать со смены камня хотя бы. Но для того чтобы заинтересоваться каким-то подростком из глубинки, надо иметь причину.
Хотя… Что тут думать. Если аффектор Майнца-Ломоносова еще существует, то я там засветился как елка на новогодие. Сломаться он не мог. Там ломаться нечему. Дальше — дело техники. А я и позабыл про него, если честно. Интересно, до императора уже дошло? Или подчиненные решили его пока не беспокоить? А еще интересно, что у них за версии происходящего? На то, что предъявить мне нечего, я не рассчитывал. Весь вопрос в том, насколько опасным сочтут мое появление те, кто реально принимает решения. Никто не будет возиться со следствием, уликами и прочей зергней. Просто замочат в сортире потихоньку. Я себя не переоцениваю, против ресурсов государства я не потяну. Я и против серьезного рода сейчас не потяну! А, ладно! Ерунда это все. Будет, как будет. Кисмет. Чего голову греть? Чай не казенная. Пойду, посмотрю, что там за «Три поросенка» такие.
А потом надо бы, вместе с моим бродячим шапито, технично съехать из столицы. Домой. В форт.
Сказано — сделано! У меня уже был предварительный план, как нам покинуть столицу без особенных проблем. И незаметно для любых преследователей. Для этого мне нужно было посоветоваться с Ольгой, предупредить Арчи и провести кое-какую подготовку.
Поэтому, первым делом, я отправился в магазин, выбрав по карте ближайший. Он носил забавное, немного корявое название «Нужные вещи». Я двинулся прочь от «Трех поросят». Мороженка, кстати, была — огонь! Я взял попробовать мятный сироп. С апельсиновым мороженым это было… странно. Но вкусно! А завитки на вывеске, изображающие шарики над рожком, и вправду на пятачки похожи.
Звякнул колокольчик над дверью. Я зашел и, по привычке, окинул взглядом сразу все помещение. Торговый зал магазина был сумрачным и тихим. Кроме меня в зале не было никого. В буквальном смысле! Даже продавца.
Тусклые потолочные лампы освещали несколько ящиков, расставленных по всему большому залу.
Но ящики, по большей части, были пусты. Лампы высвечивали только немногие, в которых что-то лежало.
Пол, ранее деревянный, теперь был по всей площади от стены до стены покрыт толстым ковром цвета красного вина. Стены выкрашены белой краской и похожи своей поверхностью на яичную скорлупу. Призрачный свет, такой же белый, как и стены, сочился из замазанного витринного окна.
Мда. Как-то не выглядит этот магазин успешным или давно работающим. Скорее, похоже на то, что ребята собираются съехать в райончик получше. Или похуже, если дела у магазина идут совсем плохо.
— Есть тут кто?
Я уже собирался покинуть эту богадельню и захлопнуть за собой дверь, но в этот момент мне отозвался голос:
— Я здесь.
