Миша тем временем подходил к цыганке. Та заметила его отражение в витрине и резко обернулась.
– Чего тебе? – сказала она с акцентом, который даже умелому пародисту сложно было бы повторить.
– Здравствуйте, – сказал Миша приветливо. – Тут такое дело. Несколько месяцев назад я у вас вырвал сумку.
– Что? – цыганская монобровь пошла волнами.
– Ну, украл, – поправился Миша.
Цыганка сильнее нахмурилась, а потом захохотала, распахнув рот, показав все золотые зубы.
– Украл? У меня?! – захлебывалась она. – Да ты шибанутый, парень. Украсть у меня нельзя, понял! Такого не бывает!
– А я украл, – сказал Миша упрямо. – А в сумке ребенок был. Живой и здоровый. Вы откуда его взяли?
– Дурак, что ли? Какой ребенок? – напряглась цыганка.
– Ванечка, – ответил Миша с нежностью.
– Слышь ты, Ванечка, топай отсюда! Какой такой ребенок?
– Маленький, – ответил Миша серьезно. – Глаза у него разного цвета. Вы откуда его взяли? Мальчика?
Нависла цыганка над Мишей, коснулась его своей могучей грудью:
– Уйди от меня, дурак! Я сейчас мужа позову!
– Зовите! Зовите! Может, он скажет, откуда у вас ребенок в сумке оказался.
Несколько секунд цыганка смотрела на Мишу молча, соображая, что ей делать, а потом раскрылась золотая пасть и закричала цыганка на всю улицу:
– Люди добрые! Помогите! Насилуют! Хулиган под юбку лезет! Спасите меня! Извращенец!..
Миша дернулся, попятился назад:
– Да ты чего, чего?!..
Но цыганка заорала еще громче. Прохожие начали на них оборачиваться. Миша отступил с позором. Проходя мимо Иры он сказал:
– Уходим! Быстрее!
Ира резко развернула коляску и пошла за Мишей. Цыганка же немножко еще поорала:
– А-а-а! Насильник! Хулиган!!! – а потом поправила юбки, под которыми был спрятан особый потайной мешок и пошла на охоту, в магазин.
Это Юля. Не будь как Юля ни в коем случае. Случайно попала горемычная Юля на работу к олигарху Филимонову. Казалось бы, счастье. Но поставил Филимонов Юлю заниматься благотворительностью. И не получалось у Юли заниматься благотворительностью, потому что была Юля слишком сердобольной. Вообще не получалось. Совсем. Или просто была Юля нелепая. Или сердобольная и нелепая одновременно.
Меня позвали к королю. Вошла.
– Здравствуйте, Александр Александрович.
– Собак любишь? – спросил Филимонов.
– Люблю, – сказала я.
Филимонов вытянул ноги. Скрипнуло кресло.
– Питомнику надо помочь. Выселяют его. Поедешь посмотришь. Если всё правда, поспособствуешь.
Я тормозила, как дореволюционный паровоз. Постояла, соображая.
– А где вы его нашли?
– В интернете, – сказал Филимонов. – Что, думаешь, я в интернете не сижу? Вон у меня на ноутбуке страница открыта. Перепиши адрес.
Я переписала адрес с экрана ноутбука стоимостью однокомнатной квартиры в Текстильщиках.
– Сайт богатый, – сказала я. – Как у казино.
Филимонову это не понравилось:
– И что? Работают люди. Не то что некоторые.
«Да пошел ты на фиг!» – Так я, конечно, не сказала.
– Вы меня имеете в виду?
Филимонов улыбнулся. Ему нравились мои наезды.
– Вот даже не начинай. Иди вперед, работа не ждет!
И я пошла, отягощенная новой миссией. Собак я любила гораздо больше кошек. Ты говоришь собаке «ко мне» – и она реагирует. Пускай кусает тебя за задницу, но она реагирует. Вы находитесь в диалоге. Но когда ты говоришь кошке «ко мне», ты только ловишь полный презрения взгляд. И это после того, как ты разорился на лососе. Да, и
Надела резиновые сапоги. Приехала в питомник. Собаки начали лаять, не сговариваясь. Кажется, они все-таки чуть тупее кошек. Одна выводила дискантом, лаяла выше всех, тонким голосом и не попадала в ритм.
Да уж, сайт выглядел гораздо лучше питомника. Ржавая сетка, не будки, а какие-то скворечники! Коридор между будками – черная жижа с остатками сена. Наверное, так выглядит свинарник. Не знаю, не уверена, никогда не была в свинарнике. Шла чавкая по черной грязи.
Ко мне уже бежала директор приюта – породистая, красивая, в модных резиновых сапогах. Мои сапоги рядом не стояли.
– Юля, Юлечка, спасибо, что вы приехали! – обняла меня директор как родную. – Как мы с собачками вас ждали!
Я посмотрела на клетки, в которых бесновались собачки, задыхаясь от лая.
– Они точно меня ждали?
– Точно-точно. Посмотрите, как они вам рады!
Радость собак из приюта была неочевидна. Мне показалось, что они хотели есть и рассматривали меня как раз с этой стороны.
– А они не голодные? – спросила я.
– Нет. Мы кормили их недавно. Пойдемте ко мне в кабинет.
Лаяли потом собачки, не переставая. Казалось, они сильно расстроились из-за того, что не смогли меня получить.
Мы с директрисой поднялись по железной лестнице на второй этаж.
– Здесь мой кабинет, – сказала она. – Прошу. Тут и кабинет ветеринара, и моя квартира, всё вместе.
