– Это ты неправильный! – вспылил парень. – Уперся в своё: «Меня никто не любит, меня все ненавидят» и не видишь ничего дальше своего носа! Оглянись же, вспомни резервацию: наши волки на тебя разве что не молятся. Грегори тебя со всеми твоими странностями как родного сына вырастил, Ен из-за тебя с ума сходит, я ради тебя от своей первой любви отказываюсь. А тебе все мало! Что еще мы должны сделать, чтобы ты понял?!
Выпалив всё на одном дыхании, Шейн отвернулся от мужчины, пряча навернувшиеся слезы.
– От какой любви? – опешил Волк. – Ты же не про меня?
– Конечно, про тебя, глупый.
– Тогда зачем? Зачем все это? Если бы ты не сказал мне про Ена, мог бы быть со мной, а теперь будешь страдать.
– Быть с тобой и видеть, что я тебе не нужен? Как Энди, которого ты использовал в качестве замены Ену? Я так не хочу. Так я буду страдать больше, и ты будешь страдать, и Ен. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты был счастлив. А тебя я забуду, наверное, – Шейн на какое-то время замолчал, понимая, что сейчас Тристана разрывают сомнения, а потом уже веселее добавил. – А знаешь, мне Норманн предложил его сыном стать. И если я соглашусь, он меня у Мартинеса заберёт. Буду с ним жить, он меня обещал торговому ремеслу обучить.
Тристан подошел к парню и крепко обнял того со спины. Шейн чувствовал его дыхание у себя в волосах. Мужчина долго молчал, обдумывая, что сказать рысенку на его вроде бы и радостное, но в тоже время несколько натянутое высказывание. Хотелось радоваться за парня, что он не останется один и будет под присмотром. Но Трис понимал, как тяжело должно быть Шейну отпускать свою первую любовь. Спустя несколько минут тишины, Тристан не придумал ничего лучше, чем сказать рысю все напрямую.
– Соглашайся, котёнок. Зачем я тебе? Ты прав, мы оба не будем счастливы. А с Норманном ты будешь в семье, настоящей. Я с ним мало знаком, но Грегори ему доверяет, а, значит, и я доверяю.
Шейн еще долго стоял в надежных и успокаивающих объятиях Триса, беззвучно плача и прощаясь. Он смог отпустить любимого, простить ему всё, что было и не было. Но он не жалел ни об одной минуте, проведенной с Тристаном. Волк на многое открыл ему глаза. Благодаря Трису, Шейн понял, как к нему на самом деле относились в резервации, смог повзрослеть и, в конце концов, встретил таких замечательных людей, как Грегори, Ен, а главное Норманн.
Шейн решил, что сегодня же скажет торговцу о своём согласии остаться с ним в качестве сына или работника, как тот сочтет нужным.
– Тристан, я пойду, – негромко сказал парень, и мужчина, чуть помедлив, опустил руки.
– Иди, рысёнок, и будь счастлив.
– Спасибо, я постараюсь, – кивнув, Шейн направился к выходу, но уже в дверях обернулся. – Я скажу Ену, чтобы он зашел сюда. Поговори с ним, пожалуйста.
– Обещаю тебе. Спасибо, Шейн. За всё.
Парень улыбнулся старшему оборотню и, мысленно с ним попрощавшись, ушел.
Выйдя из комнаты Триса, Шейн почувствовал себя невероятно спокойным и отдохнувшим, словно он сбросил с себя огромный груз. Он решил отказаться от Волка в тот момент, когда увидел, как они с Еном смотрели друг на друга. А слова охотника о том, что он узнал любимого, которого считал мёртвым, окончательно помогли ему решиться.
Да, Шейн любит Тристана, но он никогда не добьётся от него взаимности. Значит, стоит уйти сейчас, пока еще есть куда. К тому же, уйдя сейчас, парень надеялся, что в будущем он встретит свою половинку. Ведь даже если Трис со своей упёртостью нашел Ена, такого преданного и любящего, то чем хуже Шейн? Он тоже встретит своего любимого, и тот будет намного лучше, чем Тристан. Он будет любить своего рыся несмотря ни на что.
Норманн до сих пор ждёт от него ответа, и сегодня он его получит. Но для начала парень решил для себя свести Ена и Триса.
Рысёнок быстрым шагом направился в дом старосты. Охотник сидел на том же месте, не поменяв позы за всё то время, пока Шейна не было.
– Ен, – негромко позвал парень, выводя человека из задумчивости, – Алекс хотел с Вами поговорить, Вы можете зайти к нему?
– Поговорить? – оглянулся Уоррен. – О чем?
– Я не знаю. Он хотел, чтобы Вы зашли.
– Ладно, – без эмоций согласился Ен. Он медленно поднялся и пошел на выход. Как только за охотником закрылась дверь, Грегори подозвал к себе Шейна.
– Что это с ним? – спросил староста.
– Тристан в деревне, они виделись.
– Как в деревне? – опешил старик. – Ему же нельзя здесь появляться. А если его еще кто увидит?
– Он пришел с одним из наших, он в волчьей шкуре. Ен узнал его, но пытается себя убедить, что ему показалось, потому что думает, что Трис мертв. А я только что отправил его прямо к Тристану, им нужно поговорить.
– Тристан знает об этом?
– Да, я уговорил его встретиться с Еном и поговорить нормально, – с лёгким оттенком гордости за себя, произнес Шейн.
– Да, ты прав, им есть о чем поговорить, – согласился староста. – Значит, он всё-таки вернулся сюда. Этого и стоило ожидать.
Только сейчас Шейн понял, что Грегори до сих пор думает, что Тристан сбежал, хотя, по сути, так оно и было.
