– Он вернулся, но не из-за того, что Вы думаете. Он пришел сюда за мной. Это не он сбежал из резервации, а я, я обманул Вас.
– Обманул? – удивился Грег. – Это, конечно, неприятно, но я сам виноват, что поверил каждому твоему слову, хотя история была удивительная. Хотя, теперь это не важно. Ты не желаешь Трису зла, и это главное. А почему ты сбежал оттуда?
– Потому что дурак. Мы с Тристаном немного поссорились, и я решил, что хочу отомстить ему и приехал сюда узнать что-нибудь важное про него. Но я больше не хочу этого. Я понял, что я сглупил, Тристану и так досталось по жизни, и я хочу помочь ему, – парень опустил голову, ожидая, что староста будет кричать на него.
– Это похвально, а что обманул, так то уже не важно. Сейчас главное, чтобы его никто из местных не увидел.
– Главное, чтобы сюда не явился Мартинес, – ободрённый тем, что Грегори на него не злится за обман, Шейн просиял. – Если он появится раньше, чем Тристан скроется, то нас всех заберут обратно в резервацию.
– Начнем с того, – прервал его староста, – что это моя деревня, и главный в ней пока я. Так что вашему Мартинесу сначала придётся со мной разобраться, кого и куда он заберёт.
– Но он ведь из Госбезопасности, их все боятся.
– И что? Я с ним уже общался и один раз Тристана ему отдал. Больше этого не повторится. Тем более, они скрывают существование оборотней, он не станет поднимать шум и с боем отвоевывать тебя у Норманна. Норм – торгаш, и ваш вояка сдастся под его напором не более, чем через минуту. Уж Норманна-то я знаю. Если он нашу деревню себе, считай, в единоличное пользование у других торговцев отвоевал, то тебя отстоит и подавно.
– А Тристан, его кто отстоит?
– А Тристан сам не дурак. Если не захочет возвращаться – сбежит, пока мы этого Мартинеса задержим. Трис здесь всю округу знает, скроется без проблем, недаром он у меня лет с десяти по лесу шастал.
– Мистер Ламберт, как Вы думаете, Ен захочет пойти с Трисом?
– Я думаю, Шейн, Ен пойдет с ним, даже если Тристан этого не захочет, вряд ли он отпустит его во второй раз.
Глава 20
– Алекс, Вы хотели со мной поговорить? – Ен постучал в дверь комнаты, где остановился оборотень.
– Да, только не Алекс, а я, – знакомый до боли голос заставил охотника вздрогнуть. Этот тембр и интонации он узнал бы из тысячи.
Ен рывком распахнул дверь и замер на пороге. "Он" стоял у окна лицом ко входу. Все такой же высокий, сильный, крепкий. Белые волосы стали еще длиннее, лишь на концах виднелись следы бурой краски. Пронзительные желтые глаза тускло поблескивали в лёгком сумраке комнаты. Бледные губы сжаты в тонкую линию, словно Тристан пытается сдержать улыбку.
Он здесь, перед ним, живой.
– Тристан, – неуверенно прошептал охотник.
– Это я, Ен. Я действительно здесь, живой.
Первым порывом оборотня было броситься к парню, сграбастать его в охапку и зацеловать до потери сознания. Но Трис всё еще боялся поверить в слова рысёнка.
– Прежде чем ты скажешь то, что ты чувствуешь, ответь мне на один вопрос, – Волк оторвался от подоконника и сделал к Ену едва заметный шаг. – Это правда? То, что сказал Шейн? Что ты переживал из-за меня и то, что ты меня любишь?
– Правда, – не задумываясь, ответил парень. – Я люблю тебя. Любил уже давно, ещё до Шона. Я знаю, что предал тебя, и ты меня ненавидишь за это, но я...
Тристан не дал охотнику закончить. Сделав пару шагов к Ену, Волк порывисто обнял его и оборвал речь парня, накрыв его губы своим. На несколько секунд тело в его руках напряглось, но вскоре Ен расслабился и сначала робко, затем всё охотнее, отозвался на поцелуй. Охотник обхватил мужчину за шею, прижимаясь к нему как можно плотнее.
Ен с трудом осознавал, что происходит. Тристан жив, он здесь, рядом с ним, обнимает его, целует. Парень боялся открыть глаза и проснуться. Сны с прямым участием Тристана посещали его довольно часто, но только этот был так реален. Ен чувствовал любимого, мог прикоснуться, ощутить горячее тело рядом. Парень терялся в страсти и нежности, исходящих от Триса. Чувствовал его желание и тянулся все ближе, пытаясь стать с ним одним целым, страстно желая, чтобы время остановилось и этот морок никогда не заканчивался. Но в тоже время остро желая продолжения.
Тристан оторвался от губ Ена, когда обоим перестало хватать воздуха и потянул парня за собой на кровать. Мягко уложив любимого на спину, мужчина навис над ним, ожидая реакции. Охотник вновь притянул к себе Волка, впиваясь в его губы. Оборотень начал избавлять их обоих от мешающей одежды, не забывая ласкать и целовать любимого.
Желание обладать Еном, ворваться в его тело сжигало Волка, но, помня о партнёре, мужчина держал себя в руках. Он медленно, стараясь не навредить парню, подготовил его и мягко вошел. Охотник выгнулся под ним, застонав от лёгкой боли, за последние полгода его тело отвыкло от мужских ласк. Но через минуту парень двинулся навстречу, призывая Триса продолжить. Мужчина, получив разрешение, снова припал к губам парня и медленно подался вперед. Его движения были осторожными и плавными, ласки и поцелуи – горячими.
