Из своего культурного очага в юго-восточной Пенсильвании, южном Нью-Джерси, северном Делавэре и Мэриленде культура мидлендов распространилась по большей части хартленда: центральному Огайо, Индиане и Иллинойсу, северному Миссури, большей части Айовы и менее засушливым восточным половинам Южной Дакоты, Небраски и Канзаса. У него есть общие "пограничные города" - Чикаго (с "Янкиз") и Сент-Луис (с Большими Аппалачами). Он также имеет важное продолжение в южном Онтарио, куда многие жители Мидленда эмигрировали после Американской революции, сформировав центральное ядро англоязычной Канады. Хотя Мидленд в меньшей степени осознает свою национальную идентичность, он, тем не менее, является чрезвычайно влиятельной сдерживающей силой в континентальной политике, поскольку согласен лишь с частью яростных программ каждого из своих соседей.
Тайдуотер, самая могущественная страна колониального периода и Ранней Республики, всегда была принципиально консервативным регионом, где высоко ценилось уважение к авторитету и традициям и очень мало - к равенству или участию населения в политике. Такие взгляды неудивительны, учитывая, что он был основан младшими сыновьями южных английских дворян, которые стремились воспроизвести полуфеодальное манориальное общество английской глубинки, где экономические, политические и социальные дела решались аристократами-землевладельцами и для них. Эти самоназванные "кавалеры" в значительной степени преуспели в своих целях, превратив низменности Вирджинии, Мэриленда, южного Делавэра и северо-восточной Северной Каролины в рай для сельских джентльменов, где роль крестьян выполняли наемные слуги, а позднее и рабы.
Элита Тайдуотера сыграла центральную роль в создании Соединенных Штатов и была ответственна за многие аристократические нотки в Конституции, включая Коллегию выборщиков и Сенат, члены которого должны были назначаться законодателями, а не выбираться избирателями. Однако в 1830-1840-х годах влияние региона пошло на убыль, и его элита в целом последовала примеру плантаторов восходящего Глубокого Юга в вопросах национального политического значения. Сегодня это нация в упадке, быстро теряющая свое влияние, культурную сплоченность и территорию в пользу соседей из Средней полосы. Его гибель была обусловлена географией: конкуренты не позволили ему расшириться за Аппалачские горы.
Большая Аппалачия была основана в начале XVIII века волной грубых, воинственных переселенцев из разоренных войной приграничных районов Северной Ирландии, Северной Англии и Шотландской низменности. Осмеянные писателями, журналистами, кинематографистами и телепродюсерами как "деревенщины", "деревенщины", "крекеры" и "белый мусор", эти клановые шотландцы-ирландцы, шотландцы и североанглийские пограничники распространились по горному Югу и далее в южные районы Огайо, Индианы и Иллинойса; Озарки Арканзаса и Миссури, восточные две трети Оклахомы и Холмистую страну Техаса, вступая в столкновения с индейцами, мексиканцами и янки по мере своего продвижения.
На Британских островах эта культура формировалась в условиях почти постоянных войн и потрясений, воспитывая воинскую этику и глубокую приверженность индивидуальной свободе и личному суверенитету. С большим подозрением относясь как к аристократам, так и к социальным реформаторам, жители американских пограничных районов презирали учителей-янки, лордов из Тидуотера и аристократов с Юга. Во время Гражданской войны большая часть региона сражалась за Союз, а в западной Вирджинии (образовавшей Западную Вирджинию), восточном Теннесси и северной Алабаме возникли сецессионные движения. Во время Реконструкции регион сопротивлялся усилиям янки по освобождению африканских рабов, что привело к прочному союзу с его бывшими врагами - владыками Приливной и Глубокой Южной низменностей Дикси. Боевая культура жителей Приграничья обеспечила значительную часть вооруженных сил страны - от офицеров Эндрю Джексона, Дэви Крокетта и Дугласа Макартура до рядовых, сражающихся в Афганистане и Ираке. Они также подарили континенту музыку блюграсс и кантри, гонки на сток-карах и евангелический фундаментализм. Жители Больших Аппалачей долгое время плохо осознавали свое культурное происхождение. Один из исследователей шотландцев-ирландцев назвал их "людьми без имени". Когда американские переписчики спрашивают жителей Аппалачей об их национальности или этнической принадлежности, те почти всегда отвечают "американец" или даже "коренной американец". 2