отвечать перед его хозяином. За убийство человека, называющего себя «свободным», но при этом
не имеющего ни гражданства, ни родственных связей среди местной аристократии, наказание
полагалось не большее, чем за убийство кьюта, прыгуна или бродячей собаки. То есть никакого
вообще.
— Нет, — продолжал тем временем офицер. — Я полагаю — то, что вы рассказали —
правда… по большей части. Но кто-нибудь может захотеть и лично удостовериться.
— О чем вы?.. Как удостовериться?..
— Заглянуть в вашу память, — терпеливо объяснил лейтенант. — Пленить вас и
исследовать ваш разум. Все ли случилось так, как вы рассказываете. Действительно ли вам
«случайно» удалось уцелеть там, где погибли гораздо более опытные и сильные колдуны.
— Мне нечего скрывать…
— …и что бы ни показала проверка, на свободу вас уже вряд ли отпустят.
Некоторое время Дэвид подавленно молчал. В словах офицера была своя логика.
Вернувшиеся из пустыни могли и лгать. Чтобы это проверить, требовалось вскрыть разум и
просмотреть память любого из троих. После чего — убить пленника. Чтобы человек, переживший
«ментальное изнасилование», не стал мстить.
— Мне нечего скрывать, — повторил Дэвид. — Я мог бы сам открыть свою память при
свидетелях…
Под скептическим взглядом лейтенанта молодой колдун осекся. Вспомнил настоящие
обстоятельства смерти Мерклона. При сканировании памяти эта информация вспылывет. У
Мерклона не было близких родственников, но у него могли быть друзья. Или какая-нибудь
возлюбленная. Или внебрачный ребенок. Обзаводиться высокородными врагами Дэвиду
совершенно не хотелось.
— Вы уверены? — с недоверием переспросил лейтенант.
— Ммм… пожалуй, нет. Я не лгу, но и допускать в свой разум никого не собираюсь. В
конце концов, у меня есть чувство собственного достоинства.
Офицер кивнул. В мире, где телепатия была повседневным явлением, желание оградить
свой внутренний мир от какого бы то ни было внешнего вторжения воспринималось как нечто
само собой разумеющееся. На человека, готового раскрыть перед окружающими свой разум,
смотрели как на помешанного извращенца.
— Вот поэтому мне и кажется, что вам лучше уехать. — Лейтенант чуть улыбнулся. — И
побыстрее.
— Теперь понимаю. Спасибо.
— Не за что. Бои на улицах города с применением магии нам совершенно не нужны.
— Все равно спасибо.
На этом разговор был закончен. Лейтенат проводил его к запасному выходу и пожелал
напоследок удачи. Выходя на улицу, Дэвид ощущал себя как зверь, покидающий логово. Где-то
неподалеку бродят охотники. Он не спешил. Внимательно огляделся по сторонам. Просканировал
окресности сверхчувственным восприятием. Обилие магии в городе создавало сильные помехи, но
в пределах видимости дорога казалась свободной. Не было ни засад, ни невидимок, ни снайперов
на крыше. «Надеюсь, удастся свалить раньше, чем они поймут: я знаю, что на меня идет охота», —
подумал Дэвид.
Без всяких приключений добрался до гостиницы. Услышав его шаги, из своей комнаты
выглянул Ильберк.
— Продал шемгаса?
— Продешевил. — Наемник поморщился. — Эти жадные морды учуяли, что нам его нечем
кормить. Сейчас отдам твою долю…
— Оставь себе. Собирай вещи. Уходим отсюда.
— А что случилось?
— Потом объясню.
Дэвид открыл дверь и вошел в свою комнату. Ильбрек увязался следом.
— Постой, а как же Мейдж?..
— А что такое? — Дэвид пожал плечами. — Он ведь сбежал.
— Оказывается, нет. Я проверял. Его вещи на месте.
Внутренности Дэвида как будто кольнуло что-то холодное и острое. Он понял.
— Мейдж уже мертв, — хрипло произнес он, обернувшись. — И мы присоединимся к
нему, если немедленно не уберемся отсюда.
— Что?!.. Что ты сказал?!.. Мертв?!.. Откуда… Что происходит, черт побери?!!
Дэвид в двух словах пересказал разговор с офицером городской стражи.
— …и это не пустые подозрения, — закончил землянин. — Ты бы видел, как они на меня
смотрели. Не все, но… там были родственники, готовые препарировать меня прямо в зале, если бы
им только позволили это сделать.
— А ведь Мейдж был прав, — помолчав, тихо произнес Ильбрек. — Когда не хотел
никому ничего говорить. Я-то думал, что он просто бессовестный подонок, а ведь нет… Мы с
тобой тут недавно живем, а он в Хеллаэне родился. Пусть в глуши, но… Он нутром чуял, что тут
начнется.
— Я думаю, мы поступили верно, — возразил Дэвид. — Если бы мы не рассказали, вышло
бы еще хуже. Имели бы проблемы с Гильдией Торговцев и — что самое веселое — с городской
стражей. Среди погибших были и полноправные граждане. А что такое здешняя полиция,
объяснять, думаю, не нужно? Они тебя из Преисподней достанут, если ты им понадобишься.
— Если бы стало известно, что мы…
— Наверняка стало бы. Но что теперь говорить? Уходить надо.
Кивнув, Ильбрек бросился в свою комнату. Оперативно собрав вещи, Дэвид вышел в
коридор. Спустя минуту к нему присоединился Ильбрек.
