состоял в клубах. Для «дикарей» охота на демонов была не искусством, а лишь способом
заработать себе на жизнь. Они часто игнорировали запреты Изумрудного Ордена и вовсю
промышляли браконьерством, удлиняя и без того немаленький список исчезающих видов существ.
Члены охотничьих клубов старались, напротив, запретов не нарушать, хотя и протестовали
каждый раз, когда хеллаэнский «Гринпис» вносил дополнения в свой список. Как было известно
Дэвиду, Мерклон кен Хезг являлся членом одного из таких охотничьих клубов, а несколько
чародеев из охраны каравана, ни в каких клубах не состоя, время от времени промышляли охотой
на демонов в качестве «дикарей».
— Рогатых демонов вытесняют кьюты и белые призраки, — сообщил Тэльди.
— Я сталкивался с кьютами во время первого путешествия через пустыню, — откликнулся
Дэвид. — По отдельности они гораздо слабее гиоров.
— Они берут не силой, а численностью.
— И умом. Говорят, они почти разумны.
— Почти разумны? — Тэльди усмехнулся. — Да у них даже свои колдуны есть!..
Дэвид пожал плечами. Он тоже об этом слышал. Правда, были и те, кто сомневался в
наличии у кьютов магических способностей. Например, старый чародей Ивард, мнение которого
Дэвид уважал, утверждал, что это невозможно.
— В той стае, которая повстречалась нам, магию никто не применял, — сказал Дэвид. — О
приближении кьютов нас предупредил один из патрулей. Они двигались несколькими группами,
всего где-то штук двести пятьдесят — триста. Чтобы разогнать их, хватило четырех чародеев.
Кьюты относились к самой мелкой разновидности рогатых демонов. Прямоходящие,
ростом лишь немного уступая человеку, они имели торс и руки, почти ничем от людских
неотличимые. На этом сходство заканчивалось. Козлиные головы кьютов были снабжены
недлинными, слегка изогнутыми вертикальными рогами. Их задние конечности, сгибавшиеся не
вперед, а назад, в нижней части были покрыты чешуей и напоминали птичьи лапы.
— Они, наверное, и не собирались на вас нападать, — предположил Тэльди. — Скорее
всего, случайно столкнулись.
— Почему ты так думаешь?
— Когда кьюты готовятся к атаке на караван, то собираются в целую армию. В последнее
время их становится все больше и больше. Слышал, что приключилось с Раглесом пару месяцев
тому назад?..
— Да, он что-то рассказывал… Вроде бы караван, который он сопровождал, был
разграблен…
— Кьюты окружили их и полностью уничтожили. Раглесу чудом удалось вырваться. Если
бы не гулейб, он бы остался в Пустошах вместе со своими товарищами. И это не единственный
случай. Я думаю, большая часть всех пропавших караванов — их рук дело.
— Почему в таком случае на кьютов не объявят охоту? — спросил Дэвид после
непродолжительного молчания.
— «Дикарям» невыгодно этим заниматься, — объяснил Тэльди. — За голову одного кьюта
платят совсем мало. Богатым охотникам — непрестижно: убить кьюта совсем несложно. Ивард
рассказывал, что Гильдия Торговцев несколько раз организовывала облавы, но таким образом они
проблему решить не смогли. После облав козлоголовые какое-то время ведут себя тихо, а потом
снова размножаются и возобновляют рейды…
— Лордов не пытались привлечь?
Тэльди молча усмехнулся, и Дэвид не стал продолжать. Лордам на проблемы смертных
начхать — эту азбучную истину в Хеллаэне знали даже дети.
Следующие два часа Дэвид и Тэльди кружили по ввереному им участку, постепенно
смещаясь на восток, парралельно движению неторопливых бразгоров. Чтобы не выйти за границы
участка, время от времени они приближались к процессии, уточняя свое местоположение. К концу
второго часа заметили, что караван неожиданно остановился. Остановка в Пустошах — редкое
событие: бразгоры были устроены так, что могли идти, не останавливаясь, несколько недель и
даже месяцев. Они спали на ходу и во время перехода через Пустоши ничего не ели, питаясь
заранее накопленным жиром. Бразгоры были превосходными живыми машинами, способными
нести на своих спинах до тридцати тонн груза. Бразгоров вывели — или, возможно, создали при
помощи магии — специально для перемещения по Пустошам: никаких привалов и остановок во
время перехода не предполагалось в принципе.
Дэвид и Тэльди обеспокоенно переглянулись. Необъяснимая остановка каравана ничего
хорошего не предвещала. К сожалению, они не могли подъехать ближе и выяснить причину
задержки — штрафные санкции к наемным чародеям, самовольно вышедшим из патруля, были
весьма жесткими, а зная характер Мерклона, не приходилось сомневаться, что он не замедлит эти
санкции применить. Нервничая все больше, они послали гулейбов по привычному маршруту — в
глубь пустыни, постепенно забирая влево. Через десять минут, уже потеряв караван из виду,
встретились с Эйбом и Иуалли, следившими за безопасностью на восточном направлении. Об
остановке каравана соседи Дэвида и Тэльди уже знали и также терялись в догадках относительно
