– Я все думал, зачем она оставила свой риг дома. – Клемми покачала головой, не успевая за полетом его мысли. – Когда я был еще маленьким, она на мой день рождения и на Рождество всегда расставляла для меня сообщения по всей квартире. Загадки, которые заставляли меня перебегать из комнаты в комнату в поисках одной ее подсказки за другой, пока в конце концов это не приводило меня к желанному подарку, который она припрятала. – При этих далеких воспоминаниях на губах его появилась печальная улыбка. Прежний детский смех и невинные развлечения казались ему уже совершенно чуждыми и абсолютно не вязались с событиями последних дней. – Она при этом всегда весело смеялась, как будто получала от этого больше удовольствия, чем я сам.
– Так ты думаешь, что она оставила его умышленно? – Тео кивнул. – Но у нас его все равно нет.
Внезапно глаза Тео округлились, как будто на него снизошло озарение.
– Он нам и не нужен! Ее риг и был подсказкой! – Клемми непонимающе нахмурилась, и это вызвало у него улыбку. – Загадка заключалась в том,
Теперь уже и Клемми заулыбалась.
– А согласно геопривязке к местности, это был парк в Ню-Лондоне! – Парк, куда они всегда возносились, поскольку квартира Тео, как и весь их район, относились именно к этой локации в СПЕЙСе. – Пойдем. Мы можем подняться туда прямо сейчас.
Тео заколебался в нерешительности.
– Мы не знаем, сколько времени нам понадобится, чтобы добраться туда после вознесения. Не хотелось бы попусту тратить его на виртуальное путешествие, если мы поднимемся прямо отсюда. Мы должны как можно ближе подойти к моему дому.
Расстояние в СПЕЙСе было эластичным по своей природе, и Клемми понимала, что он прав: миля в Реальности вполне могла обернуться для них пятью милями в Ню-Лондоне. И все же она была озабочена.
– Твоя квартира в настоящий момент – явно не то место, куда нам следовало бы идти. Могу тебе гарантировать, что полиция сразу же нагрянет туда, как только свяжет того погибшего копа с тобой. Но при этом я совершенно уверена, что они этого пока что не сделали.
– Почему ты так думаешь?
– В первую очередь потому, что мне пока что не звонят бьющиеся в панике родители. – Она подняла визор с его лица наверх. – Звони Милтону. Я звоню Бакстеру. Вызовем их, чтобы встретиться где-то неподалеку от твоего дома. Предупреди его, чтобы не пользовался «Эхом» или какими-либо социальными сетями. Для этого дела нам нужна полная маскировка.
Она вдруг почувствовала прилив возбуждения. Ситуация сложилась крайне тяжелая, но у них был план. Миссия.
А значит – надежда.
В общем, все то, чего так давно не было в ее жизни.
Они прождали еще восемнадцать минут, пока наконец появились Милтон с Бакстером, ворчавшие по поводу ночного обслуживания в метро (впрочем, Тео подозревал, что это были не жалобы, а скорее лишь повод увести разговор в сторону от затруднительного положения, в котором он оказался). Была половина первого, когда они встретились на небольшой детской площадке в двух кварталах от квартиры Тео. В его доме в некоторых окнах все еще горел свет, но в целом он выглядел практически так же, как остальные здания-клоны вокруг них.
Тео с Клемми вкратце описали вновь прибывшим события минувшего дня, однако после этого у них ушло еще минут пятнадцать на то, чтобы ответить на множество вопросов скептически настроенного Милтона.
Клемми все это время непрерывно мониторила стримы всех основных социальных медиа, а также выпуски последних новостей. В любой момент она ожидала шквала звонков от родителей, но вокруг инцидента в полицейском участке на Боу-роуд висела подозрительная зловещая тишина.
– Тео, а может быть, они даже не знают, что ты там вообще был? – предложил свое объяснение происходящему Милтон.
С момента приезда его переполняла нервная энергия, и он не уставал повторять, как все это напоминает ему компьютерную игру.
– Не будь придурком, – обрезал его Бакстер. – Он зарегистрировался у дежурного при входе и сообщил им все свои данные. Они должны знать точно, в какую комнату он пошел. И даже если тот второй, продажный коп тоже склеил ласты, тогда они просто обнаружат в допросной двух жмуриков и быстро сообразят, что он сделал оттуда ноги.
Тео перебил его:
– Спасибо, что все так доходчиво объяснил, Бакс.
Ему не хотелось вспоминать про то, как у него на глазах убили человека. А Бакстер в кои-то веки впервые даже не огрызнулся, а просто надолго умолк с угрюмым видом.
– А как ты вообще смотришь на то, чтобы быть сейчас здесь с нами? – спросила Клемми у Бакстера.
Если Бакстер, находясь на общественных работах, впутался бы во что-то противозаконное, – пусть даже в какое-то пустячное нарушение, – это автоматически продлило бы срок его наказания. А раз речь зашла об опосредованной причастности к убийству, то тут уже сбором мусора на улицах он точно не отделается.
