— Драко, — он вздрогнул от ее голоса, что осел на его загривке приятными мурашками, — ты знаешь о подарках, которые дарят чистокровные своим невестам? Наподобие вот этого.
Она протянула руку и уверенно произнесла:
— Браслет.
Драко удивился. Украшение было очень красивым. Он бы и сам с удовольствием подарил такое девушке на помолвку, но вопрос застал его врасплох. Кто-то сделал подарок Грейнджер, и он догадывался, кто это мог быть. Ревность серной кислотой обволокла всю его сущность.
Сука.
Да как он только…
— Ну? Знаешь или нет? — отвлек Поттер.
— Я знаю, что подарки могут быть абсолютно разнообразными: начиная от картин, заканчивая домами, и браслет не исключение. Выходишь замуж, Грейнджер? — он не сдержал яда в голосе.
Она проигнорировала его вопрос и молча посмотрела на Гарри, который так же молча смотрел на нее в ответ. Они будто общались глазами.
— Поэтому ты читала книгу о проклятых украшениях? — Гермиона пораженно уставилась на него, и Драко понял, что попал в точку. — Случайно обратил внимание, не подумай.
— Ты слышал что-нибудь о вещах, которые могут подчинить чужую волю, принудить к чему-то? — спросил Поттер.
Малфой задумался, перебирая в голове информацию. Он читал об этом очень много, когда планировал убийство Дамблдора, но ему хотелось узнать больше о браслете и его свойствах — не просто же так они решили доверить ему секрет.
— Смотря, что вы имеете в виду под «принуждением», — схитрил слизеринец, вынуждая их объяснить.
— Передача эмоций. Чувствуешь то, что ощущает другой человек.
— Это не принуждение, — возразил Малфой, качая головой.
— Как это не принуждение, если ты не можешь контролировать свои эмоции и пляшешь под чужую дудку?
Малфой поморщился.
— Не понимаю твои магловские выражения, Грейнджер, но это не считается «принуждением» как таковым. Такие украшения дарили всегда, чтобы лучше понять друг друга. Они не приносят вреда. Ну, чувствуешь ты, как кто-то злится или дрочит, и что? Это же твой муж.
Поттер фыркнул и посмотрел на Гермиону.
— Может, все не так уж плохо, а, Гермиона?
Она молчала, внимательно смотря на красный камушек браслета.
— А если он надет против воли, что тогда? Это тоже не принуждение? Может, я не хочу разделять свои эмоции с кем-то, кто… делает это насильно. Плюс чары слежения. Это меня убивает больше всего.
— Ну, чары слежения довольно частая практика у чистокровных и не только. Моя мать, например, всегда знает, где я нахожусь из-за этого кулона, — он показал им маленький герб Малфоев, висящий на цепочке.
— Послушай, — Гарри аккуратно придвинулся ближе к гриффиндорке, кладя ладонь на ее руку с браслетом, — может, ты вообще зря паникуешь? Ведь по сути не случилось ничего страшного. Он просто переживает за тебя, и поэтому у него такие методы — нетрадиционные в нашем понимании. Они выросли в другом мире, — он кивнул на Малфоя, — и то, что для нас дикость, для них норма.
— Но он действует, как крестраж, он принуждает меня…
— Гермиона, — он ужесточил голос, — это не крестраж.
— Гарри, но… я чувствую его постоянно, — она наклонилась так же близко к нему, — даже сейчас я чувствую, как он…
Она отпрянула от Гарри и уставилась за спины парней.
Нотт стоял прямо за ними и смотрел ей в глаза, улыбаясь. Взмахнув палочкой, он разорвал заклинание, сел рядом с Малфоем и снова погрузил их стол в запертый пузырь.
— Привет, — он вольготно устроился на стуле и мельком посмотрел на Поттера, — что обсуждаем?
Гермиона застыла, не в силах отвести от него глаз. Ее щеки покраснели, и она стыдливо опустила глаза на книгу.
— Малфой, не мог бы ты нас оставить? — Гарри впервые разговаривал с ним настолько вежливо, что у Гермионы свело зубы.
Тот медленно встал, кивнул на прощание и скрылся в глубине библиотеки, оставляя их втроем.
— Нотт, такой вопрос… Я же могу говорить прямо?
Тео достал пачку сигарет и игриво покрутил ее в пальцах, пристально смотря на Грейнджер, будто Поттера здесь не существовало.
— Говори уже, герой Британии.
— Та передача эмоций через браслет, если бы ваши чувства были невзаимными, — Грейнджер и Нотт заметно напряглись, — и Гермионе ты бы, к примеру, был противен…
— Если ты спрашиваешь, влюбилась бы она в меня только из-за моих эмоций, то мой ответ — нет. Браслет просто передает ей мои мысли.
— Тогда почему я все время хочу тебя видеть, а в моей голове только твое имя? Нотт, везде только ты! Я засыпаю и просыпаюсь с мыслями о тебе! И хочешь сказать, что браслет ни при чем?
Тео даже рот приоткрыл от шока. Вау.
Просто вау. Так вот, что она чувствует?
Ему так сильно хотелось поцеловать ее сейчас, что он еле сдержался.
— Гермиона, — Гарри взял девушку за руку, — я думаю, что ты слишком остро реагируешь из-за истории с медальоном.
— А чары слежения, Гарри? Он надел на меня эту штуку, — она помахала запястьем перед носом гриффиндорца, — пока я спала, и теперь будет знать о моем местонахождении.
