Суров, словно разъяренный лев, набросился уже не на эксплуатационника, а на строителей, явно пытаясь отыграться на них после случая с Хлебниковым. Теперь уже стали «раскладывать» Косинова. Когда руководитель треста в своем объективном докладе о положении дел в своей структуре выразил просьбу все-таки профинансировать дополнительные объекты, на него посыпались обвинения во всех смертных грехах, в том числе и в нарушении партийной дисциплины. Вот какой вывод был сделан в результате заслушивания: «Освободить Косинова М. А. от должности управляющего трестом Кузбассэнергострой».
Руководители, которые доказывают свое превосходство, оскорбляя подчиненных, никогда не вызывали у меня чувства симпатии. Я не выдержал:
— Петр Сергеевич, разве можно так вести себя заместителю союзного министра? Ведь вы здесь — впервые и не во все вопросы вникли достаточно глубоко, чтобы решать все наотмашь. Наше министерство проделало огромную работу, по крупицам устанавливая добрые контакты с руководством области: положительные сдвиги в этом направлении налицо. А вы вместо того, чтобы поддержать наших руководителей, давите их в присутствии представителей Кемеровского обкома КПСС!
Я перевел дух и продолжил, еще более распаляясь:
— Что касается снятия Косинова с занимаемой должности… Он — не мой подчиненный, но руководитель подрядной организации, выполняющей плановую работу в подчиненном мне главке. Я категорически возражаю против такого решения и через министра буду добиваться его отмены!
Потом обратился к Бакатину:
— Вадим Викторович, а вы-то что молчите? Ведь вы тут не постороннее лицо, а секретарь обкома КПСС! Почему вы соглашаетесь с необъективной оценкой человека: такой легкий подход к кадрам не способствует авторитету партийного органа, который вы представляете. Ничего хорошего из этого не выйдет, кроме разброда и шатания в строительных коллективах!
В кабинете опять установилась тишина. Суров и Бакатин переглянулись, вполголоса обменялись мнениями, после чего Петр Сергеевич объявил:
— Завтра мы вместе с Вадимом Викторовичем доложим первому секретарю обкома КПСС Леониду Александровичу Горшкову о положении дел и своих предложениях по наведению порядка.
Я немедленно парировал:
— А почему вы пойдете без меня, начальника Главвостокэнерго — заказчика всех объектов? Это — нонсенс! В таком случае мы, руководители всех организаций Минэнерго СССР, пойдем ко второму секретарю обкома Василию Ивановичу Ситникову и проинформируем его об этой разнузданности, не идущей никому на пользу.
Встреча с Горшковым так и не состоялась: его не было на рабочем месте. Нас же второй секретарь обкома КПСС Ситников принял. Мы доложили ему о положении дел со строительством объектов энергетики, он разделил наши оценки и не согласился с освобождением Косинова от должности.
Улетая на следующий день в Москву, я увидел в депутатском зале аэропорта Сурова и Бакатина, сидевших за отдельным столиком. Потрясенный вчерашним разговором, я не смог преодолеть боровшихся во мне чувств и прошел мимо, сделав вид, что не заметил «сладкую парочку».
Я прилетел в Москву раньше Сурова и сразу доложил о пр исшедшем в Кемерово первому заместителю министра по капитальному строительству П. П. Фалалееву и министру энергетики и электрификации СССР П. С. Непорожнему, высказав свою точку зрения по всем вопросам, в том числе и кадровым. Суров по возвращении в Москву поставил вопрос о снятии с должности Косинова, но не получил на это согласия. Более того, ему было рекомендовано изменить методы и стиль работы, жить интересами отрасли. Ему прямо было сказано: «Вы — не инструктор ЦК КПСС, а организатор производства. Воспитывая руководителей, вы должны руководствоваться объективными обстоятельствами, а не личными капризами».
Впоследствии Суров занялся самым настоящим «сепаратизмом»: заручившись поддержкой каких-то функционеров из ЦК КПСС, попытался образовать выделенное из Минэнерго СССР некое министерство по строительству промышленных объектов. Ему ли было не знать, что Москва гасила и не такие «благие» порывы. Когда у него ничего из этой затеи не вышло, он перешел на другую работу вне стен Минэнерго СССР.
Повышение по должности не избавляет от трудностей, а добавляет их, расширяет круг ответственности. Некоторые «доброхоты» в министерстве начали мне подсказывать, что аппарат Главвостокэнерго надо разогнать и заменить. Но я решил сам разобраться со всеми вопросами на месте. Работая в Госинспекции, я не уволил ни одного человека и не был намерен освобождаться от кого бы то ни было и здесь, на новом месте. На мой взгляд, кадры в главке были нормальные, главное — найти с ними общий язык.