— Вы с ума сошли! — воскликнул Энтони, шагнув вперед и становясь так, чтобы Босмен не мог пройти, не толкнув его.
— Ну, а если я ошибаюсь, — сказал Босмен и в голосе его прозвучало злорадство, — то это легко доказать. Дайте мне пройти туда.
И он попытался отстранить Энтони. Но Энтони ни на шаг не сдвинулся с места.
— Простите, — сказал он сквозь зубы, — но вы туда не пройдете.
— Значит, я прав. Джин, которая, видите ли, слишком целомудренна, чтобы зайти к мужчине на квартиру, ночует сегодня у вас. — Он возвысил голос, как бы для того, чтобы она его услышала. Затем рассмеялся долгим визгливым смехом. — Да ну же, выйди, Джин! — крикнул он.
— Джин нет здесь.
— Ты лжешь!
— Знаете что, — услышал Энтони собственный голос, — это моя квартира и лучше убирайтесь подобру-поздорову, пока я вас не вышвырнул! Вы пьяны. Идите домой и проспитесь.
Босмен шагнул вперед и угрожающе приблизил свое лицо к самому лицу Энтони. А Энтони подумал: как это странно, что он способен в подобную минуту спокойно рассматривать Босмена, — даже заметил, что на подбородке, в ямочке, у него наклеен кусочек пластыря. Должно быть, он порезался во время бритья. Пластырь был розовый, липкий. Он двигался вверх и вниз, когда Босмен говорил.
— Ты пустишь меня туда или мне придется применить силу? — спросил он.
Снова Энтони почувствовал запах спиртного. Он сжал кулаки, но не двинулся с места.
Босмен рванулся вперед, намереваясь ударить Энтони в грудь. Наконец-то! Энтони ловко увернулся от удара, и его противник со всего маху грохнулся на пол, но тотчас, пошатываясь, поднялся. Схватив стоящий рядом стул, он поднял его над головой и снова ринулся вперед.
Энтони словно обезумел. Даже удивительно, до чего глухо прозвучал удар, когда он саданул Босмена по челюсти — как раз по тому месту, где у него был наклеен пластырь. Удар оказался таким сильным, что Босмен даже перевернулся. Стул выпал из егорук и покатился к Энтони, который успел подхватить его и удержать. Босмен споткнулся о пуф и, хватаясь руками за воздух, упал ничком. Все произошло так внезапно и быстро — Энтони казалось, что перед ним марионетка, которую дергают за ниточки. Он увидел, как Босмен точно сломался и бесформенной грудой рухнул на ковер, ударившись лбом об острый выступ железной решетки, ограждавшей камин.
Энтони поставил стул, нагнулся над Босменом и приподнял его голову. Глаза Босмена были закрыты. Над левым глазом была рваная рана, из ее разверстых краев шла кровь. Энтони почувствовал на своем плече прикосновение руки и оглянулся.
Стив что-то невнятно говорил ему. Ето выпуклый лоб блестел в электрическом свете.
— Разговаривать будем потом, — сказал Энтони. — Живо позвони доктору, или в скорую помощь, или куда-нибудь. Эта рана мне кажется серьезной. — Он поспешно вскочил. — Нет, стой, я лучше сам позвоню. — Он начал быстро листать телефонную книгу. — Пожалуй, лучше вызвать частного врача, чем скорую помощь.
— Тогда ты звони, а я постараюсь ему чем-нибудь помочь. Я ведь немного смыслю в медицине. — И Стив бросился обратно к распростертому на полу Босмену.
Энтони переговорил с доктором Манро и попросил его немедленно приехать. И не успел он положить трубку, как почувствовал, что ему дурно. Ведь он сбил с ног человека; может быть, даже серьезно изувечил его. Он подошел к столу и налил себе бренди. Руки его сильно дрожали, но он все-таки поднес стакан к тубам. Выпив, он почувствовал себя немного лучше. Только после этого он посмотрел в сторону Босмена и увидел, что Стив прикладывает полотенце к его лбу.
Кровь сочилась также из-под пластыря, наклеенного на подбородке Босмена. Должно быть, ранка открылась. Стив отер кровь и с его подбородка.
Энтони отвел глаза и сказал:
— Мне надо бы объяснить тебе, в чем дело, Стив, но сейчас я не могу. Во всяком случае, мне кажется, что эта история может иметь неприятные последствия. Ты мог бы отложить свой отъезд на день или два, как ты думаешь?
— Раз надо, значит сделаю, — успокоительным тоном сказал Стив. — Ты не считаешь, что нужно вызвать полицию?
Энтони посмотрел на Стива, потом на Босмена, потом опять на Стива.
— Не знаю. Пожалуй, да, — проговорил он медленно, расстроенным голосом, — но тебе не стоит ее дожидаться. Да и доктор теперь уже должен вот-вот приехать, а я думаю, что тебе лучше уйти до его приезда. Поезжай-ка домой. Ты умеешь водить машину?
— Да.
— Вот ключ. Бери машину — она стоит у подъезда. И возвращайся утром.
Стив поднялся.
— А не лучше ли мне задержаться? Я ведь могу потребоваться тебе как свидетель, чтобы показать, что это он напал на тебя. Я же все видел сквозь портьеры. Просто не мог оставаться под кроватью, когда началась потасовка.
— Нет, Стив, не надо. Боюсь, мне придется сделать вид, что я был один. Я бы предпочел оставить тебя в тени, если, конечно, не возникнет абсолютной необходимости в твоих показаниях. Надеюсь, ты понимаешь, почему.
— Да, Энтони, кажется, понимаю. Но ты можешь рассчитывать на меня в любом случае.
