Мое крещение водой… Эта женщина буйнопомешанная, но мне весело.
Мы делаем остановку в зоне отдыха «Залив Соммы». Фран паркуется под навесом рядом с бензоколонками, и мы принимаемся выжимать и вытирать все, что пропиталось водой. Остается только переодеться.
На двери туалета, перед самым выходом, висит плакат с изображением Мон-Сен-Мишель[27] и надписью «Посетите и другой залив!». Я останавливаюсь перед ним на несколько секунд, пока Фран переодевается.
– Ты там уже была?
– Пока не представлялось случая, – говорю я с ноткой сожаления. – Но очень хочу как-нибудь съездить.
Каждый раз, когда мы с Элиоттом планировали туда поехать, в последнюю минуту нам всегда что-нибудь мешало.
Следовало бы догадаться, что означает лукавый взгляд Фран, но почему-то он меня не смутил. С заправки мы выезжаем в сторону Аббвиля, и я так ни о чем и не подозреваю, уверенная, что она просто ошиблась.
– Ты выбрала не тот выезд, Ле Туке в другой стороне.
Она улыбается.
– Думаешь? Зато мы увидим Мон-Сен-Мишель.
– Что? Но… это минимум четыре часа пути!
– Подумаешь! Один перелет утки.
Я не могу опомниться. Она проезжает несколько километров, потом сворачивает на другую дорогу, и мы оказываемся на шоссе А28 с указателем «Руан». Какое-то безумие. Вот уже и начались сюрпризы.
Четыре с половиной часа езды, тридцатипятиминутная остановка в зоне отдыха, чтобы съесть отвратный сэндвич, – и под лучами яркого солнца мы прибываем в залив Мон-Сен-Мишель. С нашим климатом явно что-то не так: на небе ни единого облачка и температура воздуха не опустилась ни на градус. Уже пять вечера, а на раскаленной мостовой вполне можно жарить яичницу.
Мон-Сен-Мишель оказывается в точности таким, каким я его себе представляла. Внушительный, величественный, поразительный… и полный туристов. Мы узнаем, что этим летом отмечается тысячелетие аббатства, поэтому даже к вечеру залив кишит народом, как будто день только начался.
Из-за позднего времени мы решаем отложить осмотр аббатства на завтра, а пока просто пройтись по крепостному валу, насладиться видами и погулять по улочкам, полным сувенирных лавок. Подъемы и многочисленные лестницы словно решили нас доконать, но мы держимся.
С наступлением темноты находим маленький ресторанчик, где еще каким-то чудом осталось два свободных места. Это средневековая харчевня с большими деревянными столами, за один из которых нас и усаживают – рядом с незнакомыми людьми.
– Через полчаса начинается иллюминация, пойдем? – предлагает Фран.
– Отлично, но разве нам сначала не надо поискать место, где можно переночевать?
Фран скребет ложкой дно своей креманки и с отстраненным видом доедает остатки мороженого.
– Если хочешь знать, я уверена, что мы ничего не найдем даже в радиусе пятидесяти километров. Но у меня в багажнике есть палатка.
Я недоуменно хлопаю глазами. Она что, шутит?
– Палатка?
– Да, двухместная. Будет немного тесно, но на одну ночь сойдет.
– Ты серьезно?
– Разумеется! Вот увидишь, опыт будет незабываемый! И сможешь вычеркнуть один пункт из списка.
– Но… у меня в списке этого не было.
И тому есть причина. Я боюсь насекомых, ненавижу писать на улице и никогда не позволю своему драгоценному телу лежать на чем-нибудь, кроме матраса. Ладно, случалось ночевать и в машине, но палатка – это уже перебор!
Фран смеется, подзывает официанта, чтобы оплатить счет, и тащит меня на улицу. Ну вот, это тоже не входило в мои планы!
В полночь, при свете фар «Нью Битл», в компании кружащих над нами комаров и ночных бабочек мы тайком устанавливаем палатку на пустой лужайке у ограды. Не могу сказать с уверенностью, но кажется, мы вгоняем колышки не в землю, а прямо в коровьи лепешки. Не удивлюсь, если так оно и есть.
Я злюсь, но, надо признать, Фран действительно все предусмотрела. Палатка, непромокаемые коврики, спальные мешки, карманный фонарик вместо люстры и надувные подушки. У меня уже такое впечатление, что ее машина – что-то вроде сумки Мэри Поппинс.
Она не ленится расчесать свои длинные белокурые волосы, заплести их в косу и снимает юбку, прежде чем лечь, – для себя я такое даже представить не могу! Залезаю в спальник в чем была, просовываю под него руки и натягиваю до самого носа, следя, чтобы внутрь не забрался ни один комар.
– Хорошо устроилась? – спрашивает Фран.
– Да, спасибо… Расскажи я это Элиотту, он бы ни за что мне не поверил.
– Первый раз ночуешь в палатке?
– Нет, но… я, вообще-то, люблю комфорт!
Фран хихикает.
– А я сплю так каждый раз, когда происходит что-нибудь непредвиденное. Это удобнее, чем в машине. Я из тех, кто способен надумать всякое с бухты-барахты… Поэтому я пользуюсь этой палаткой довольно часто.
Уставившись на брезентовый полог, я обдумываю ее ответ. Никогда я не была такой смелой.
– «Фран» – это твое настоящее имя?
– Нет, я – Франсуаза, но все зовут меня Фран, мне так больше нравится.
– Как к тебе пришла идея читать лекции о самооценке?
