Когда они уже приблизились к воротам, сзади раздался голос одного из магов:
— Стойте! Вы не можете сейчас уйти!
Алан замер, медленно обернулся через плечо и одарил волшебников неестественной для себя улыбкой:
— Я нарушил закон, и вы хотите меня схватить?
Маг, подавший голос, растерялся, не найдя, что ответить, кроме негромкого «нет, но..», и кузнец закончил фразу:
— В таком случае — всего доброго, дамы и господа.
Переступив порог, Алан намеренно хлопнул дверью, затем дернул Зарфи за руку и бросился к лестнице. Волчица кинулась следом. Вплоть до выхода из гильдии парень чувствовал на себе недоумённые взгляды магов, попадавшихся на пути.
Когда беглецы оказались на свежем воздухе, первым делом кузнец поспешил в таверну и заперся вместе с девушкой в снятой комнате. Обессиленно рухнув на кровать, он вздохнул так, словно весь мир лёг на его плечи.
— Это просто…
— Жопа! — радостно закончила Зарфи, с разбега шлёпнувшись в ногах парня. — Вот это ты дал жару, конечно! Они сейчас наверняка растрезвонят об этом всем гильдиям королевства, а там и по материку разлетится! О-о-о, ты же сейчас как редчайший артефакт для коллекционера! Да тебя любой правитель захочет иметь у себя, это же такой перевес в силе!
Слушая восхищённые речи волчицы, Алан испытал жгучее желание утопиться, потому что всё, что она ему пророчила, полностью шло вразрез с нынешними желаниями кузнеца. Он еще раз возненавидел себя за собственные желания. А ещё — Ни денег, ни регистрационного листа авантюриста, только повёрнутая по фазе зверолюдка-волчица и немыслимый объем магии внутри, отследить который, наверное, можно будет отовсюду.
«Хотел, блять, быть великим волшебником? На! Подавись! Чтоб аж мимо полезло! Идиота кусок! Алан, ты дебил!»
— Придётся бежать. — Алан мрачно глядел в окно комнаты, за которым засыпал вечерний Финнесберг. Настроение, которое ещё утром было пронизано надеждой на нормальную жизнь, снова полетело в бездну.
— А то, — простодушно ухмыльнулась Зарфи, наводившая марафет. Волчица старательно расчесывала пушистый хвост, прикусив губу.
— Ты-то чего тут осталась? Сама же сказала, за мной сейчас начнется охота по всем фронтам.
— А? — Девушка навострила уши и посмотрела на кузнеца. — Так интересно же! Попасть в самый центр такой заварухи — это шанс на миллион!
Алан закатил глаза и откинулся на спинку кресла:
— Вот как? Значит, для тебя это шоу?
— Ну да, — тут же согласилась Зарфи. — Кроме того, я еще не видела твою силу в деле!
— Какую силу? — Парень устало вздохнул. — Я не умею творить магию. Вообще. Пусть у меня хоть вдвое больше маны будет, толку от нее — ноль. Гильдия магов, правда, об этом не знает, и это самое худшее. Они-то думают, что я величайший колдун…
— Вообще не умеешь? Совсем? — поразилась волчица. — Странно. Все могут влиять на магическое поле так или иначе, просто кто-то и факел не разожжёт, а кто-то устроит инфернальный шторм по щелчку пальца. Последних, правда, единицы… Но всё равно. Это же как дышать или охотиться, инстинкт!
— Вот как? — скептически посмотрел на неё Алан. — Видимо, я напрочь этого инстинкта лишён, потому что понятия не имею, как работать с магией.
Зарфи разочарованно протянула:
— Да-а уж, как у тебя все запущено, человек…
— Угу, — согласился он. — И ведь в гильдию не подашься… Стоп. Стоп! Стоп!
Кузнец подскочил к волчице и схватил её за плечи.
— Я несколько месяцев назад был совершенно пустым! А потом участвовал в битве, где погибли двое магов.
— И что? — моргнула Зарфи, не понимая, к чему он клонит.
— А то, что там был какой-то артефакт, и одна из магов упоминала, что собирала мощь побеждённых ею волшебников! Я остался в живых один после того сражения, и, кажется, тот артефакт взорвался. Я на два месяца превратился в овоща, но суть не в этом! Скажи, теоретически, могло произойти такое, чтобы сила всех этих магов перетекла ко мне?
Волчица дёрнула носом, почесала за ухом и ответила:
— Ну-у… Вообще, да, но что это за маги такие, что ты загрёб себе столько маны? А так, я слышала когда-то о существовании похожих штук, которые позволяют «переливать» магию, но они невероятно редкие.
— Понятно… А, что я хотел сказать-то! После того инцидента и до сего дня за мной никто не приходил из гильдии, хотя они должны были сразу обнаружить такую аномалию, разве я не прав?
— И правда, — задумалась Зарфи, отложив деревянную расчёску с оставшейся на ней шерстью. — Может, это связано с той же причиной, из-за которой ты и магией не владеешь?
Мысль зверодевушка озвучила дельную, и Алан крепко задумался. Всё шло именно к такому выводу. Даже после второй инициации у парня не вышло почувствовать в себе хоть какие-то изменения, а значит, скорее всего, и другие эту ману не видят. Могло ли быть такое, что эта энергия сидела внутри и была как бы законсервирована? Гипотетически, это звучало логично. Но сказать наверняка, не понимая самой концепции здешней магии, Алан не мог.