Первым, кого увидел Артур, едва открыв глаза, был сидящий на его стуле Альфред. Он заинтересованно листал какую-то тетрадь — возможно, даже с домашними заданиями по литературе, и Артуру следовало бы, вмиг покраснев до ушей, отнять ее у Джонса, — но Керкленд был слишком шокирован самим фактом его присутствия в своей комнате, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
— О, проснулся, — нависшая над головой тень заставила Артура обратить внимание на других своих посетителей.
Над ним склонился Йонг Су, улыбаясь во все тридцать два, а позади него стоял Мэттью, и по румянцу на его щеках было понятно, что все происходящее не кажется ему правильным и приемлемым. Он явно чувствовал себя неуютно, но не мог позволить себе уйти, опасаясь, видимо, того, что могут сделать Альфред и Йонг Су без него.
— С добрым утром, Артур, — отстранив Има, вежливо улыбнулся Уильямс. — Ты не пришел на репетицию и не отвечал на звонки, так что мы решили проведать тебя. Извини за вторжение.
— О, — только и смог выдавить Артур. — Я… чувствовал себя не очень хорошо с утра, — он почувствовал, что начинает краснеть, и отвел взгляд. — Но сейчас мне уже лучше, — заметив, как встревоженно вскинулся Альфред, быстро добавил он.
— Ты мог бы позвонить и предупредить нас, — пробубнил Джонс, надувшись.
— Да, точно, — Артур приподнялся с постели. — Извините.
Он нашарил свой смартфон под подушкой и посмотрел на часы. Несмотря на всю невозможность такого события, они показывали практически час дня. Для сравнения: утренняя репетиция была назначена на десять утра. Генеральная — на три часа дня.
— Ты успеешь? — как будто прочитав его мысли, спросил Альфред. — Или нам лучше предупредить остальных, что ты задержишься?
— Конечно, успею, — покраснев, тут же выпалил Артур. — Если только ты не будешь отвлекать меня своей болтовней.
— Вот еще, — фыркнул тот. — Мне и самому нужно собраться, так что я не намерен терять здесь время и помогать тебе выбрать галстук.
— Вот об этом я и говорил!..
С горем пополам, Артуру удалось выпроводить Альфреда и Йонг Су с Мэттью из своего блока и вздохнуть облегченно. Но проблемы на этом не заканчивались, наоборот, они только и ждали, когда Артур останется в одиночестве, чтобы навалиться неподъемным грузом.
Был сочельник, и, хотя в Японии Рождество и не было государственным праздником, торжественный концерт устраивался в «Кагами» именно в этот день. С завтрашнего дня официально начинались каникулы, ну, а сегодня Артуру предстояло в очередной раз выйти на сцену, исполняя одну из главных ролей их небольшой постановки. Выйти на сцену после одной только генеральной репетиции, когда уже поздно что-либо менять. Довериться остальным ребятам, понадеявшись, что они хотя бы раз с утра прошлись по сценарию.
Артур едва не взвыл. Чувство, когда теряешь контроль над ситуацией, а особенно в последний момент, — ни с чем нельзя сравнить. Как песок сквозь пальцы, только песок можно удержать при большом желании, а вот контроль — как-то не очень. И как он умудрился проспать в такой важный день?
Керкленд поспешил принять душ — буквально десять минут, чтобы освежить тело, и еще пять для умывания. Подбор костюма на концерт занял немного больше времени — около двадцати минут, а еще десять потребовалось, чтобы погладить выбранную одежду. Волосы все еще были влажными после душа, но до репетиции оставался целый час, так что Артур позволил себе скромный завтрак из подручных средств: слегка подгоревший омлет и чай.
После всех утомительных процедур Артур переоделся, расчесал волосы и отправился в зал драмкружка. Им предстояли два долгих, мучительных часа изнуряющих репетиций по его секретному рецепту, и он не мог позволить себе опоздать и на этот раз. Сразу после генеральной репетиции начинался торжественный концерт, и открывать его, по традиции, поручили драмкружку, так что у них просто не было права на ошибку.
Артур осторожно выглянул из-за кулис, быстрым взглядом оценивая публику. Народа было не так уж много, ведь некоторые ученики поспешили разъехаться по домам еще до официального объявления каникул. В зале стоял гул, но ученики не выглядели слишком возбужденными, и это было только на пользу их постановке.
— Ну что, готовы? — к Артуру подошел директор Кассий и хлопнул его по плечу, привлекая внимание.
— Конечно! — гордо вздернув нос, ответил тот. – Тим? — де Вард кивнул и вышел на сцену, занимая свою позицию. — Постараемся, ребят.
Драмкружок одобрительно загудел, занимая свои места за кулисами. Артур чувствовал, как они волнуются, и вполне разделял эти эмоции. Сколько бы он ни выступал, волнение перед первым шагом на сцену всегда оставалось с ним, и Керкленд не считал это чем-то зазорным. Беспокоиться за дело, которое ты действительно любишь, совсем не плохо.
— Начинаем, — Гай подал сигнал, и один из ответственных за это учеников потянул за веревку.
