В то самое время Чжоу Цзышу тоже рассказывал давние истории совершенно несведущему Чжан Чэнлину. Рядом мертвецким сном спал Вэнь Кэсин, вцепившись в рукав Чжоу Цзышу, которому удалось спихнуть его голову со своих колен, но не разжать стальную хватку. Раскинув руки и ноги, Вэнь Кэсин разметался на земле в крайне неподобающей позе.
Когда Цао Вэйнин вломился к нему этим утром, Чжоу Цзышу не успел позавтракать. Пришлось завернуть еду на потом, чтобы не запихиваться в спешке. Сейчас этот запас пригодился Чжан Чэнлину, который с аппетитом поглощал несостоявшийся завтрак своего шифу.
— У меня очень приблизительное представление о событиях тридцатилетней давности, — предупредил Чжоу Цзышу. — Твой отец был ещё молод, когда в цзянху появился гений боевых искусств по имени Жун Сюань.[225] В стране четырёх морей[226] мало кто мог соперничать с ним в технике обращения с длинным мечом.[227] Жун Сюань любил путешествовать и в странствиях обзавёлся многочисленными друзьями из числа героев. Именно так он сблизился с молодым поколением пяти великих кланов. Теперь их мало кто помнит, но ты наследник Чжанов, и должен был что-то слышать, верно?
Поднеся ко рту димсам,[228] Чжан Чэнлин кивнул, но недоумённо отметил:
— Вот только отец никогда не упоминал этого человека.
— Не только твой отец. В цзянху имя Жун Сюаня под запретом последние тридцать лет, — вздохнул Чжоу Цзышу. — Жун Сюань был женат на невероятно красивой и талантливой девушке из Долины целителей…
Он внезапно прервался и бросил взгляд на спящего Вэнь Кэсина: «Тоже родом из Долины целителей… Совпадение?».
Чжан Чэнлин смотрел на шифу во все глаза, ожидая продолжения. Делиться с мальчишкой собственными подозрениями не имело смысла, поэтому Чжоу Цзышу просто повёл рассказ дальше:
— Супруги нежно любили друг друга, их союз был заключён на небесах. Кто знал, что вскоре возлюбленную Жун Сюаня убьют…
— Почему? — опешил Чжан Чэнлин.
Чжоу Цзышу улыбнулся детской наивности. Разве для убийства непременно нужна причина? Тем не менее он призадумался и постарался объяснить:
— Обладание драгоценным нефритом и невиновного превращает в виновного.[229] Жун Сюаня называли невиданным и непревзойдённым мастером меча. Я глубоко сожалею, что не наблюдал воочию его технику, по слухам, способную раскалывать горы и разделять моря… Жун Сюаню ещё не исполнилось тридцати, когда он основал собственную школу, написав легендарный труд «Меч Фэншань».[230] Книга делилась на два тома. Первый разъяснял ключевые элементы кунг-фу,[231] второй — движения меча. Второй том — собственное творение Жун Сюаня. А первый, говорят, он создал, вдохновившись древними тайными свитками, на которые случайно наткнулся в странствиях. Знаешь… На самом деле слов «непревзойдённый мастер» уже достаточно, чтобы люди сходили с ума от зависти и замышляли недоброе.
— И что случилось дальше? — затаил дыхание Чжан Чэнлин.
— После смерти жены Жун Сюань обезумел от горя, его сердце ожесточилось. Охваченный пламенем навязчивых идей, он будто бы ступил на тёмный путь[232] и начал убивать невинных. В качестве последней надежды пять кланов обратились к хранителям Знаков чести, чтобы объединить силы улиня и одолеть Жун Сюаня… Если посчитать, больше тридцати лет прошло с тех пор, как собрание героев созывалось в последний раз. Тогда Жун Сюань бежал к хребту Цинчжу и укрылся на горе Фэнъя,[233] где его настигли преследователи под предводительством пяти великих кланов. В жестоком противостоянии погибло множество людей. Говорят, по ночам предсмертные крики несчастных до сих пор отзываются эхом в тех скалах. Кто мог предположить подобное: близкие друзья, что делили радости и невзгоды,[234] направят друг против друга мечи в кровопролитной битве?
Чжоу Цзышу помолчал несколько мгновений, потом кивнул и продолжил:
— И да, гора Фэнъя — это Долина призраков. По сей день никто не знает, почему призраки встали на сторону Жун Сюаня. После нескольких дней и ночей безжалостного сражения Жун Сюань покончил с собой. Половина героев улиня погибла, пять кланов так и не вернулись к былому величию. Долина призраков также понесла значительные потери. Тогда и было установлено правило, согласно которому призракам запрещено покидать Долину. Только благодаря этому запрету на последующие тридцать лет в цзянху установился хрупкий мир.
Чжоу Цзышу нахмурился. Он знал об этих событиях понаслышке и рассказывал, не добавляя собственных предположений. К счастью, Чжан Чэнлин не отличался смекалкой и не заметил неувязок. Но история явно оставляла вопросы.
Например, что именно произошло на горе Фэнъя?
Как на самом деле погибла жена Жун Сюаня?
Как мог гений, которому было уготовано стать величайшим мастером поколения, объединиться с призраками?
Время похоронило подробности, но сколько из тех тайн до сих пор боялись дневного света?[235]
