– Риск – это выполнение требований. Не могу этого допустить.
– Я сказал отставить, Трамп.
Сосредоточенное щёлканье сенсорных клавиш.
– Не надо, Эйн, – надтреснутый голос Ларая заставил руки пилота замереть. – Йесси оказалась права. Он всё равно достанет нас. И нас, и наши семьи. Придётся сесть на планету.
– Некорректно. Вероятность уничтожения при вступлении в открытый бой близка к ста процентам. Не могу рассчитать точнее. Не стану проверять, – пальцы Трампа напряжённо стиснулись на подлокотнике. Вторая рука по-прежнему была занесена над панелью управления.
Кристоф уже раскрыл было рот для привычного жёсткого приказа, но похолодел, предельно ясно понимая: приказать киберу он не сможет. А остановить – не успеет.
– Пожалуйста, Эйн, – на лице Ларая играли желваки. – Мои близкие могут пострадать. И не только мои. Я не прощу себе, если с ними что-то случится.
– Я не хочу. Не хочу погибнуть. – На какое-то мгновение в зелёных глазах Кристофу почудилась настоящая паника.
– Мы найдём способ выжить. Поверь мне, Эйн. Поверь. Прошу тебя.
Секунда напряжённой тишины. Другая, третья.
Трамп до отчётливого хруста стиснул зубы.
И опустил руку.
– Жду приказа, капитан, – голос прозвучал безразличным механическим дребезжанием.
Кристоф коротко выдохнул.
– Маршрут на Хассе-3.
Пираты продолжали держать «Вайндо» на прицеле. Несколько часов пути системы ИИ вопили об угрозе нападения, попеременно предлагая то режим маневрирования, то превентивную атаку. Брэд готов был поклясться, что Кальт делал их мишенью намеренно, в целях психологического давления. Совсем же отключить навязчивые сигналы было нельзя, чтобы не проморгать настоящую атаку. Это страшно нервировало.
Ещё Эйнсток засёк направленное в сторону «Вайндо» мощное излучение: «Байярд» непрерывно сканировал их, исключая любую возможность выйти с кем-либо на связь или послать сигнал бедствия.
– У них корвет второго ранга, они не смогут сесть на планету, – говорил мрачный и заметно бледный Кристоф после того, как «Вайндо» продолжил курс на Хассе-3. – Оставят на орбите и отправят шаттл. Пока он успеет долететь – у нас будет минимум полтора часа подготовиться и занять оборону. Если повезёт и покупатели прилетят раньше нас – вынудим их тоже ввязаться в бой. Если, конечно, они не свалят, как только заметят наш эскорт. Хотя, раз уж Кальту есть дело и до них, он не станет раскрывать себя раньше времени. Других вариантов не вижу.
Тогда Брэд промолчал. И теперь чувствовал себя крайне неуютно. Потому что другой вариант у него как раз-таки был. Только он совершенно точно не понравился бы Кристофу. И не только ему.
Обеспокоенный предположением Йесси (оказавшимся пугающе пророческим), Брэд решил перестраховаться. Ещё на «Мнеморе», узнав у Кристофа координаты места встречи, Ларай улучил возможность выйти в инфонет и создал анонимное сообщение. В нём были координаты планеты, сигнал бедствия и военные коды, обозначающие высший уровень опасности и обязующие получивших их незамедлительно отреагировать. Сообщение должно было отправиться на все полицейские частоты, доступные в этом секторе. Брэд рассчитал точно: если сделка пройдёт без проблем, он успеет отменить сообщение. Если же нет – оно уйдёт автоматически. И даже если полиция найдёт лишь их трупы – неизбежно начнётся расследование, и вряд ли Кальт станет выполнять свои угрозы с полицией на хвосте.
Это решение далось ему нелегко. Ведь как бы он ни планировал, как бы точно ни рассчитывал время – всё сотни раз могло пойти не так.
Брэд был уверен, что этой подстраховки окажется довольно. Но теперь, под конвоем «Байярда», это не слишком-то повышало их шансы. Они не смогут продержаться те часы, что остались до отправки и что нужны полиции на реагирование. Но они могут постараться как можно дольше тянуть время.
Но не выйдет ли так, что, пытаясь поступить правильно по своим меркам и убеждениям, Брэд погубит остальных? Эйна, которому встреча с полицией гарантировала смерть. Кристофа, который далеко не являл собою образец порядочности и благочестия, но уж точно не заслужил сесть на пожизненный срок за всё, что на него повесят.
Логика против совести. Древний как мир выбор, не терявший своей актуальности ни в век каменных топоров, ни в эру космических кораблей.
Рубка встретила Брэда идеально прямой спиной Эйнстока. Совсем как тогда, когда Эйн раскрыл себя и всякую секунду ожидал подвоха от экипажа. Только теперь Брэду не нужно было мучительно подбирать слова. Теперь он точно знал, что должен сказать, надеясь только, что не сделает ещё хуже, чем уже сделал.
– Без изменений? – Ларай указал на назойливую жёлтую точку на экране лидара.
– Корректно, – отозвался Эйнсток, не отвлекаясь от голографических окон. – Двадцать часов до посадки.
– Верно.
Брэд помолчал некоторое время. Эйнсток не спешил поддержать беседу.
– Эйн, – позвал Брэд. – Я должен сказать. – И, дождавшись, когда Эйнсток вполоборота развернёт кресло в его сторону, на одном дыхании продолжил: – Я передал сообщение на полицейских частотах. Оно отправится через несколько часов после того, как мы высадимся на планету.
