Эйнсток никому не хотел причинять вред. Тем более он не хотел никого убивать. Но пришлось бы: первым – капитана, если бы тот дал полиции разрешение подняться на борт. Развернуться, сдёрнуть с его пояса оружие, выстрелить – всего один раз, это заняло бы не более трёх секунд. Далее – Эмильен, если бы попыталась помешать ему поднять корабль. Брэда – он наверняка услышал бы выстрелы, а наличие у него собственного оружия исключало вариант просто обезвредить. Эта мысль отчего-то была неприятнее предыдущих. Остальной экипаж достаточно было бы просто вырубить. А потом… Потом всё равно убить, потому что иначе они попытались бы убить его самого. И несмотря на довольно прохладное отношение к капитану, сейчас Эйнсток был бесконечно благодарен Кристофу за то, что ему не пришлось всего этого делать.
О том, чем руководствовался сам капитан Штрудль, отдавая приказ, тоже стоило задуматься. Но не прямо сейчас. Сейчас можно было на секунду выдохнуть, с невесёлой усмешкой помахав рукой на прощание очередной покатившейся под откос попытке к нормальной жизни.
Кристоф спустился на инженерную палубу почти одновременно с Гастом. Эмильен уже успела освободить бессознательного Брэда из ремней и уложить на бок, но на большее её сил не хватило.
– Его нужно срочно перенести в медотсек, – сообщила она Кристофу, распаковывая захваченную Эрихом аптечку. – Если, конечно, угробить всех нас не было вашим изначальным планом. В этом случае вынуждена вас разочаровать – нашему технику повезло гораздо больше, чем тем, которые остались на станции. Впрочем…
– Доктор, – поток её словесных излияний прервал, как ни странно, Эрих. – Экипажу нужна наша помощь. Поэтому я попросил бы вас отложить вопросы. Сейчас это мешает работать. Займитесь лучше Йесси – кажется, у неё просто обморок. Капитан, – Гаст оценивающе оглядел подошедшего Штрудля, определив, что ему самому лечение не нужно. По крайней мере – настолько срочное, как Лараю. – Потребуется помощь.
Если Эмильен и возмутилась тем, что младший медик отдаёт ей приказы, то демонстрировать это она сочла ниже своего достоинства. Не обращая внимания на остальных, доктор извлекла и откупорила флакон, недовольно поморщившись от резкого запаха нашатырного спирта. Средство было старым, но тем не менее безотказным.
– Не могу судить, пострадал ли позвоночник, перекладываем его сюда, – Эрих закончил с осмотром бесчувственного техника и кивнул на прихваченные с собой раскладные носилки. – Капитан, поднимайте его за плечи.
Кристоф молча кивнул.
А в следующий миг сосредоточенную и напряжённую тишину прорезал оглушительный визг, грозящий вот-вот перейти в диапазон ультразвука и едва не заставивший капитана выронить свою ношу. Однако это оказался не скрежет покорёженного астероидом металла фюзеляжа. И даже не вопль неожиданно материализовавшегося на борту ксеноморфа. Это всего лишь Йесси Юковски сообщала миру о том, что благополучно пришла в себя.
– Эмильен, лучше отправьте её обратно в обморок, – неприязненно скривился Кристоф, с некоторым удивлением обнаружив, что каким-то чудом он не оглох.
– Кажется, это по вашей части, капитан, – не упустила возможности вставить шпильку Эмильен. – Йесси, успокойтесь, нет поводов для паники…
– Что-о-о?! Нет поводов? Да вы все – один большой повод для трибунала! – Йесси никак не могла выпутаться из ремней, а помогать ей никто не спешил.
– Гаст, – на скулах Штрудля заиграли желваки. – Медотсек. Немедленно.
– Объяснитесь, капитан! Я требую разумных объяснений вашему… ай! – Последний рывок – и ремни разошлись. Правда, ценой поломанного ногтя. – Вы хоть представляете себе последствия?! – Изрядно пошатываясь и временами держась за стену, Йесси упрямо двинулась за капитаном.
– Доктор Лиувиллен, – ледяным тоном произнёс Кристоф, даже не обернувшись в сторону практикантки. – Вы очень поможете, если как-нибудь заткнёте Юковски.
Эмильен отчётливо фыркнула. А после уверенно набрала в шприц лекарство и, направившись вслед за Йесси, мягко перехватила её за руку.
Практикантка успела лишь пискнуть, когда игла аккуратно вошла в её плечо. Она изумлённо воззрилась на руку, потом – негодующе на Эмильен. А после медленно сползла по стене. Капитану оставалось только криво усмехнуться хладнокровному профессионализму, с которым Эмильен выполнила приказ. Что ни говори, приятно было осознавать, что хоть кто-то на этом корабле, кроме него самого, продолжал мыслить трезво и худо-бедно умеет расставлять приоритеты. Хотя обольщаться по этому поводу всё равно не стоило.
Добравшись до медотсека, Кристоф и Эрих уложили пострадавшего на кушетку. Подоспевшая следом Эмильен занялась установкой капельницы, когда в медотсек буквально влетел крайне взбудораженный профессор Штейн. Кажется – совершенно невредимый.
– Капитан Штрудль, что всё это значит? – вопросил он после нескольких секунд ошарашенного созерцания.
– Бытие Вселенной в целом или смысл вашей жизни в частности? – Кристоф недовольно скривился на расплывчатый вопрос, хотя прекрасно понимал, к чему он.
