На несколько мгновений Ррагна сосредоточенно уставилась на Эйна, осознавая смысл сказанного, пока наконец до неё не дошла плавающая на поверхности мысль:
– Так вы-ы-ы… не знать соображение равно где есть?
– Нет, – предельно честно отозвался Эйн. В конце концов, Ррагна имела право знать, что ни на какое чудесное спасение ей рассчитывать не стоит. Более чудесное, чем уже произошло. – Мы попали в этот сектор в результате отсутствия рассчитанных координат точки выхода. У нас нет данных о нём.
Ответом Эйну послужил совершенно неожиданный и столь же неуместный взрыв хохота. Ррагна смеялась звонко, искренне и от души, будто бы углядев в этой ситуации что-то комичное.
– Самоирония, – уголок рта Эйна дёрнулся в подобии улыбки. – Хорошее чувство. Мне часто помогает.
– Когда смешно – тогда не так шибко страх, – пришелица всё ещё коротко и отрывисто посмеивалась. – А в где космос-полёт твой корабль, рыцарь?
– Он не мой. И по всему выходит, что – в глубинах заднего тоннеля, – Эйнсток усмехнулся чуть заметнее.
– Куда? – недоуменно переспросила Ррагна. – Людь специфика терминологичность?
– Нет, это градация отрицательной оценки имеющейся ситуации, – и глазом не моргнув пояснил Эйн.
– О, мыслится, я понятие, – девушка вновь хохотнула. – И сколь есть близость к уровень вы говорить «знатная жирозадница»?
– Данных о секторе у меня нет, так что вероятность отыскать здесь станцию канселяции или иные признаки цивилизации не поддаётся прогнозу. Равно как и возможность наткнуться на космических пиратов в ожидании самообнуления БУЭ-компенсатора.
– О-о-о, – многозначительно протянула Ррагна, заговорщицки склоняясь поближе и вглядываясь в лицо Эйнстока. – Очутиться необитаемый планета, нет связь, нет карт, нет много резерв кормёжка? Вестимо, теперь понятие, зачем брать меня через борт. И кого съедобность-проверять, – пришелица снова беззаботно захохотала.
– Это будет ещё нескоро, – Эйнсток преувеличенно серьёзно покачал головой. – Запас пищевого концентрата на нынешнее количество экипажа – девяносто два дня. Для самообнуления необходимо ещё семьдесят пять.
– Грызть нвер – невкусный рог. Но добор-будь предупреждение, если намерение закусить.
Ррагна придвинулась ещё чуть ближе и протянула ладонь, чтобы похлопать Эйна по плечу, но тот моментально отстранился.
– Эй, единственно рука лишь, – пришелица удивлённо посмотрела на свою ладонь, а после и вовсе принялась внимательно оглядывать себя с ног до головы, словно пытаясь обнаружить в своём облике что-то отталкивающее.
– Не нравится, когда трогают посторонние, – почему-то признаться в этом абсолютно незнакомой пришелице, возможно, совершенно не знавшей человеческих норм поведения, не показалось Эйну зазорным.
– Жаль, – это единственное слово, сопровождаемое тяжким вздохом, вышло у Ррагны до того обречённым, будто Эйн сообщил, что её решили выкинуть обратно на пустынную планету без запасов еды и кислорода.
– Почему? – Эйнсток удивлённо уставился на Ррагну.
– Мне по нраву трогать, – пришелица плотоядно глянула на него. – Так чувство лучше. Приятственно.
– Боюсь, я вряд ли смогу оказать тебе в этом содействие, – Эйн в недоумннии качнул головой.
– Об это беспокойство ты нет – я самостоятельное потрогать целиком, что мне хотеть, – хищная усмешка Ррагны стала ещё шире.
– О…
На несколько мгновений Эйнсток самым натуральным образом завис. И причиной тому послужила вовсе не «страшная угроза» рогатой, а неожиданно озадачившая его мысль: на протяжении всего разговора у него решительно не выходило подстроиться под манеру общения Ррагны, как это удавалось с любым другим собеседником. И вовсе не из-за некорректной работы переводчика. Просто Эйн не мог предугадать, что сделает или скажет эта странная пришелица в следующий момент. И это… настораживало.
– Ты, наверное, давно хочешь спать. Мне следует уйти.
– Если бы я хотеть – изрекать всецело так, – девушка досадливо хмыкнула. – Но ты собственный воля, не привязано. Хочешь – иди.
– Это было бы логично. На фоне твоей невозможности покинуть моё общество самой, оно выглядит навязанным. Мне бы не хотелось доставлять тебе лишний дискомфорт.
– Логичность. Но первый раз дело – сидеть тюрьма-камера, шибко хотение выломать дверь, – предельно спокойно и, кажется, предельно же честно проговорила Ррагна, – и вконец второй дело – беседа приятственный общество. Тоже логичность, благородный?
– Сомневаюсь, что тебе удалось бы её выломать, – качнул головой Эйн, помедлив. – Мало места для разбега.
– Я учесть, благодарствие, – на губах Ррагны вновь заиграла ехидная улыбочка.
– Куда тебе нужно попасть? – в очередной раз возвратился к теме Эйн, задумчиво барабаня пальцами по колену. – Тебя где-то ждут? Будут искать? Ваш корабль и тебя лично.
– Нет. Всякий твой вопрос – нет, – улыбка мигом сползла с лица Ррагны, будто её там не было и вовсе. – Лететь на один конец единственно.
– В контексте произошедшего с кораблём это звучит в высшей степени буквально.
