– Полезным для выноса медицинского судна? – планшет за ненадобностью был отложен на край стола. – Или в чём там ещё заключалась ваша волонтёрская работа? – Кристоф скептически повёл бровью: указанная в резюме квалификация «полевой медик неотложной помощи» слабо вязалась с образом этого желторотого «медбрата».
– У меня нет официального образования, кроме курсов Красного Креста, – Эрих меланхолично, почти даже безразлично пожал плечами, вновь переступая с ноги на ногу. Он смотрел на капитана сверху вниз с высоты своего немалого роста, однако вёл себя так, будто дела обстояли с точностью до наоборот. – Но есть опыт оказания медицинской помощи в условиях боевых действий, в условиях отсутствия оборудования, в условиях недостатка медикаментов. Я не заканчивал медицинский, но это ещё ни разу не помешало мне спасать людям жизнь.
– Это хорошо. Только вот может сыграть со всеми нами злую шутку, когда вместо антигистамина вы вколете пострадавшему адреналин. Какой резон старшему медику брать за вас ответственность? – Кристоф откинулся на спинку кресла, ещё раз оглядывая юношу с ног до головы с таким вниманием, которому позавидовал бы лучший сканер. – Вы уверены, Гаст, что вам нужна эта работа?
Что, если этот парень, похожий на разбуженную в полдень сову – причём разбуженную ударом пыльного мешка по затылку, – хронический наркоман, желающий получить эту работу лишь ради доступа к сильнодействующим медицинским препаратам? Что, если именно за это его и выперли из Красного Креста? Может быть, разумнее сразу указать ему на дверь?
– Я знаю весь перечень основных медицинских препаратов и умею их различать, – Гаст вновь пожал плечами с таким видом, будто колкость капитана если и достигла своей цели, то явно увязла где-то глубоко в слоях его, Эриха, флегматичности. – Старший медик, конечно же, знает больше. Но я видел её в коридоре. Эти знания могут никак ей не помочь, когда она не сможет дотащить раненого даже до сканера. Да, капитан. Мне нужна эта работа.
Глядя на тощую долговязую фигуру Гаста, можно было усомниться, что подобное окажется под силу и ему самому. Так что убедила Криса вовсе не «атлетичность» Эриха, а сам факт того, что Гаст обратил внимание на такую важную деталь. Тут их мнения целиком и полностью совпадали.
– Вы можете идти, господин Гаст.
Меланхолично кивнув, Эрих развернулся и покинул кабинет капитана.
В очередной раз заглянув в свой список, Штрудль остановился на последнем имени: профессор Крокус Штейн. Однако вызвать его к себе на дознание, то бишь собеседование, Кристоф не успел: его внимание отвлёк раздавшийся за дверью сердито тараторящий девичий голос. В коридоре явно кто-то ругался. Впрочем, через пару мгновений этот самый «кто-то» с самым бесцеремонным видом вломился в капитанский кабинет: светловолосая девушка прямо на ходу торопливо спрятала маленький портативный ДВМ[2] в столь же маленькую дамскую сумочку. И, судя по ещё доносящейся оттуда невнятной ругани, даже не удосужилась нажать кнопку отбоя.
– Вызывали? – с самым что ни на есть невинным видом поинтересовалась она.
– Госпожа Юковски, – процедил сквозь зубы Штрудль, прищурившись со смесью изумления и брезгливости во взгляде: девушка была одета так, будто её только что выдернули с вечеринки. Или – если судить по количеству розовых рюш на её платье – с подиума бездарного модельера. – Вы не слишком-то торопились.
– И вам доброго утра, капитан Штрудль, – отозвалась девушка, глядя на Кристофа с таким видом, будто бы заранее пыталась решить для себя, за что именно будет его ненавидеть.
Как будто бы это вовсе не она навязалась на его голову, а наоборот.
– Оно было бы добрым, – капитан открыто скривился, – если бы вы не имели досадного недоразумения подняться по трапу моего корабля. Я так понимаю, вы хотите проходить здесь практику пилота.
Щеки девушки мгновенно стали пунцовыми. Видимо, она не привыкла, чтобы с ней так разговаривали. Тем более мужчины. Из подкрашенных розовой помадой губок вот-вот должна была вырваться какая-то ответная колкость. Но девушка прикусила язык, заставив Штрудля мысленно ухмыльнуться. О закрытой полувоенной колонии Виртуло Виво, из которой Йесси Юковски была родом, он знал не слишком много. Однако одно из основных её правил стало едва ли не притчей во языцех даже далеко за её пределами: за неуставное отношение к старшему по званию там полагалось строжайшее наказание – от тюремного заключения до публичного расстрела.
– Совершенно… верно, – негромко произнесла Йесси. – Хочу.
– Здесь наши желания не совпадают. Я не собирался брать практикантов. Если вы не потрудились заметить, у нас здесь планируется экспедиция за Внешнее Кольцо, а не развлекательная туристическая прогулка. И не выездные каникулы театрального кружка, который вы зачем-то упомянули в своём резюме. Но ваши родители, у которых, к прискорбию, оказались широкие связи, настояли на том, чтобы вы попали именно на «Вайндо».
