Далеко за пределами полностью

– Бесспорно, я вам благодарна, – задрала подбородок Эмильен, не сумев скрыть за этим жестом некоторой сконфуженности. – Но это не отменяет и не оправдывает всего, что вы сделали!

– Доктор Лиувиллен, – в голосе Штрудля без труда можно было услышать, в какие именно далёкие дали ему хочется послать Эмильен. – Займитесь здоровьем экипажа. Это ваша работа. И не мешайте мне делать мою работу. Трамп – в мой кабинет. Немедленно.

Обстановка становилась всё более напряжённой, заставляя Брэда с усилием потереть ноющие виски. Конечно, поведением Эмильен сейчас руководили скорее эмоции, смахивающие на тщательно скрываемую женскую истерику, а вовсе не взвешенные доводы. Однако же нельзя было отрицать и того, что во многом она права.

Ларай медленно поднялся с места, придерживая Эмильен за локоть – отнюдь не для равновесия, а в некоем отвлекающе-успокаивающем жесте: новая вспышка её гнева явно не улучшила бы ситуацию.

– Команда не сомневается в действиях своего капитана, когда понимает их причины. Мы просим не так много.

– Сказанное относится ко всем, – уже с заметным бешенством бросил Кристоф, резко развернулся и направился в сторону своей каюты.

Возможно, ему стоило бы остаться и продолжить разговор. Возможно, в этом случае всё сложилось бы совсем иначе. Но…

Брэд был твёрдо уверен: капитан может совершать ошибки и необдуманные поступки, капитан может заблуждаться. Чёрт возьми, он ведь такой же человек, как и остальные! Брэд мог бы понять всё, но когда жизнь экипажа превращается чуть ли не в расходный материал, и всё это – без рациональной на то причины… Этого Ларай не понимал и принимать как должное не хотел. Отчаянные обстоятельства требовали отчаянных мер.

– Смена капитана, – негромко, но отчётливо произнёс Ларай.

В повисшем гробовом молчании, кажется, не было слышно даже звуков дыхания.

Смена капитана. Собственный голос показался Лараю до безумия чужим. Как будто это не он, как будто кто-то другой – наглый, идущий напролом и по какому-то странному стечению обстоятельств живущий с Брэдом в одном теле – взял на себя главенствующую роль. Но, как ни странно, мысли быстро встали на свои места, приходя к заключению: так действительно нужно. Так правильно. И Брэд лишь искренне надеялся, что всё зашло настолько далеко отнюдь не из-за его уязвлённого самолюбия.

– Ты считаешь, что данная мера способна улучшить положение дел? – в затянувшемся безмолвии голос пилота прозвучал до странности буднично, словно он спрашивал о погоде за бортом.

– Я считаю, что отсутствие данной меры способно существенно это положение ухудшить, – отозвался Брэд.

Эмильен, выпрямившаяся на стуле так, будто завтрак застыл у неё внутри подобно бетонной свае, помалкивала, поджав губы.

– Корректно, – Эйнсток кивнул. – Я бы не хотел участвовать в этом. Но если конфликт станет неизбежным, я приму твою сторону.

– Я бы тоже не хотел. Но другого выхода не вижу, – Брэд вновь глянул в сторону доктора Лиувиллен, так и сидящей с неестественно прямой спиной. – Эмильен?

– И кто станет новым капитаном? – Эми пожала плечами с таким искренним недоумением, будто бы это не она несколькими минутами ранее подливала масла в огонь. Будто бы не этого добивалась своими обличительными тирадами. Брэд мог бы даже улыбнуться изяществу этого типично женского жеста, но ему было совсем не до веселья.

Эйнсток вновь безмолвствовал. Видимо, его «не хочу участвовать» стоило понимать куда буквальнее, нежели показалось Брэду вначале. Плохо.

Ларай принялся было машинально барабанить пальцами по столу, но быстро одёрнул себя. По правде говоря, он даже не успел задуматься о том, чтобы метить на должность капитана. И дело было вовсе не в ответственности, а в вопиющей наглости. Слишком самоуверенно было бы просто так взять и заявить: «Я буду капитаном».

– Эйн, – Брэд вновь обратил вопросительный взгляд в сторону пилота, – что думаешь? Мне нужна будет твоя помощь.

– Если ты говоришь о применении силы – это будет не самой удачной идеей, – качнул головой пилот. Голос его оставался столь же ровным, однако в облике всё явственнее проскальзывало напряжение.

Эмильен с подозрительностью повернулась в его сторону.

– Только не говорите, что вы убеждённый пацифист. Вам ведь приходилось участвовать в вооружённых конфликтах? Если власть на корабле сменится, я хочу быть уверена, что она не перейдёт в руки ещё более… психически нестабильных личностей. Так какого рода были эти конфликты, Эйнсток?

Эйнсток воззрился на доктора Лиувиллен так, словно это не она сейчас пыталась в чём-то уличить его, а напротив – он сам в любую секунду ждал от неё какой-то подлянки, как от замершей перед броском ядовитой змеи.

– Космофлот объединённой армии, – наконец проговорил Эйн сухо и с расстановкой. – Антитеррористические операции в шестнадцати человеческих колониях на границе Внешнего Кольца.