- Сколько за эту ночь людей вышло через болота?
Начальник штаба поскрёб щетину на подбородке и ответил :
- Двести восемьдесят бойцов, сорок раненых и двести десять беженцев. Основная масса людей всё ещё форсирует болота. Главные силы Интоту начнут выходить к нам начиная со следующей ночи...
- Да уж...Тают наши ряды. Если Интоту своих ребят не приведёт сегодня ночью, завтра можем не выдержать...
- Оборона у нас как натянутая струна - того гляди лопнет, - констатировал Кузнец.
- А ведь до пика боёв ещё далеко. Радист зафиксировал ещё одну егерскую бригаду и два батальона гвардии. У Гридо есть ещё козыри в рукаве, - вторил ему Генерал.
- У меня сегодня четверо легко раненых из госпиталя на позиции вернулись, а Дэк даже и уходить не стал. Оружейник его только перевязал, и всё... - ни к кому конкретно не обращаясь, задумчиво сказал Гвардеец. - Я такое даже на фронте редко видел.
Генерал спросил у начальника штаба:
- Какие у нас потери за вчерашний день?
- Сто четыре убитых и триста двадцать раненых - ответил он.
Генерал вернулся к стереотрубе и мрачно проговорил:
- Если сегодня Интоту не выйдет из болот - завтра нас сомнут...
Соседний склон буквально кишел егерями и гвардейцами.
- Через сорок минут начнут атаку на твоём участке, Току. Иди, встречай гостей. Там к тебе и гвардия, и егеря собрались...
Кузнец погрёб за ухом и крякнул недовольно.
Самолётов на этот раз было не восемнадцать, а двадцать четыре. Миномёты поддержали реактивные горные установки, и продолжался налёт дольше. Это уже почти не отличалось от артподготовки на Стальном рубеже или Горелой плеши, в ту ещё войну. Земля буквально кипела от сотен разрывов, воронки налезали одна на другую... Когда стрельба прекратилась, на их склон карабкались три тысячи гвардейцев и егерей. Он понял, что их не удастся остановить даже резерву - придётся вступить в дело миномётчикам.
- Лузу, соедини меня с Малышом, - резко сказал он Радисту. Как только тот ответил, он крикнул ему в трубку - Огонь!!! - Потом стремительно надел каску, примкнул штык к автомату и скомандовал - Штаб, в ружьё!!! Все в траншеи!!!
В первой траншее уже закипела рукопашная. На гребень вырывались, перепрыгивая через упавших, сотни озверелых, ревущих от ярости солдат. Десятками их косил ураганный огонь, однако через минуту рукопашная докатилась до второй траншеи. В воздухе засверкали окровавленные штыки, тесаки, сапёрные лопатки. Перекрывая грохот боя, над урочищем поднимался тысячный людской крик и стон. Во второй траншее умирали новобранцы учебного центра - один за другим, десятками... К ним наконец подоспел резерв, и атака забуксовала. Генерал заметил в круговерти боя Дэка. Тот ухитрился завалить двух здоровенных егерей, увернулся от автоматной очереди, непонятно как вырос перед гвардейским лейтенантом, стрелявшим в него, и так же непостижимо, даже для искушённого, острого взгляда командующего, парировал выпад штыка, предназначавшийся Оружейнику. А лейтенант тем временем медленно сложился пополам и, изумлённый, ничего не понимающий, рухнул в траншею.
- Когда ж он его успел? - мелькнуло в голове у Генерала. Однако на удивление времени не было - побоище катилось дальше, и он, не жалея патронов, стрелял из автомата. Рядом вцепился в гашетки станкового пулемёта начальник штаба. Егеря и гвардейцы, прорвавшиеся к третьей траншее, падали, будто колосья в жатве, но вместо упавших по грудам трупов и раненых бежали другие.
- Сейчас будут здесь, - сверкнула молнией мысль. - В штыки! На бруствер!!! - битва захватила его. Всё последующее происходило будто в каком-то вихре: из хаоса криков, лязга и стонов на него набежал сержант - мастер клинка. Он отбил его штык и полоснул своим по его горлу - в лицо брызнула горячая солёная кровь...
- Руби их! Ааа, тараканья немочь!!! - он, наступив на кого-то, ещё живого, прыгнул вперёд, прикладом снёс егеря, добивавшего раненого начштаба, отбил тесак другого... Солнце свекнуло ему прямо в глаза, окровавленный тесак огнём горел в его лучах. Егерь, кровожадно оскалясь, занёс своё оружие для второго удара, но тут мелькнула на доли секунды какая-то тень, и обезглавленное тело завалилось наземь, всё ещё сжимая тесак...
Только поднявшись, Генерал увидел знакомый загривок Дэка, который снёс с ног еще одного егеря. Побоище покатилось обратно к гребню урочища. Вместе с остальными он дрался на самом краю. На склонах урочища кипели разрывы сотен мин - миномётчики их спасли. Если бы не их ураганный огонь, оборона была бы сметена. Но и без попавших в огненный смерч на позициях с партизанами дралось несколько сот отборных гвардейцев и егерей.
