Вот за такими неутешительными мыслями мы и вернулись под утро в скальный домик. Ласкан, сволочь розовая, до сих пор дрых. Алкай еще не вернулся с ночной прогулки, полнолуние как-никак. А вот что кельпи делал в моей спальне? То, что не спал, ясно по его стоящей фигуре.
– И чего не спиться тебе в такую рань? – обессилено заваливаясь на кровать, спросила я. Только и успела, что сапоги скинуть.
– О! Ты вернулась.
Кажется, я погорячилась, он спал стоя.
– Ага, так зачем ты здесь?
– Так интересно же. Поймали? – Кайя резво отскочил от окна и в два прыжка оказался над моей головой.
– Кого? – Пришлось приложить усилие, чтобы раскрыть сонные глаза и в упор посмотреть на свежую мордашку кошмарика. А тот цвел и пах, как подобает всем выспавшимся и молодым. Я позавидовала его бодрости. Мой максимум сейчас – это приподнять голову, чтобы тут же плюхнуть ее на подушку.
– Э-э-эм… Не знаю, – растерялся мальчишка.
– Я тоже. А теперь брысь, коняшка, у меня сонная кома по расписанию. – Больше не обращая внимания на чуть ли не завалившегося на меня Кайю, повернулась на бок и с головой нырнула под одеяло. – Сон, сладкий сон. Кто разбудит, тот труп!
Только я ступила во владения Морфея, как меня грубо оттуда вытянули.
– Кайа! Зомби тебя за ногу! Отдай одеяло!
– А ты забери. – Скакало это недоразумение в моих ногах с шерстяным трофеем. Какой он все-таки ребенок.
– Темень! Я хочу спать! Сгинь, умоляю.
– Но ты не ответила на мой вопрос, – обвинили меня. Было бы в чем.
– На какой?
– Вы поймали его?
– Кого? – как-то знакомо разговор пошел.
– Дана! Ты издеваешься? – раздраженно вскрикнул кельпи, но одеяла так и не отпустил.
– Нет, мелкий, я сплю, – захихикала я, снова укладываясь на подушку. Орк с ним, с одеялом!
– Ну ответь, я же умру от любопытства-а-а, – заканючили у меня над ухом.
– Не поймали. А теперь возвращай украденное и вон!
Как бы ни так, мне явно не дадут сегодня поспать.
– Дана-а-а, а почему?
– По кочану, да по капусте. Отстань мелкий, или я тебя с утеса сброшу!
– Ну, Дана!
Главное не отвечать, и он сам отстанет. Должно же ему надоесть? Правда?
Я так и думала, пока он напевал какую-то белиберду. Я игнорировала его, когда он начал репетировать какой-то танец с моим снаряжением в роли отбойных молотков. Я даже простила ему разбитые светильники, не подав при этом признаков жизни. Но когда этот малолетний садист начал делать мне «расслабляющий массаж», как он это назвал, моими кошками, я поняла – он не уйдет, и на это можно ставить хоть всю гору с дроу в купе.
– Все, мелкий! Ты труп!
– Ва-а-а! – заорало это недоразумение, скорее от радости, чем страха и дало деру из спальни.
Может, ну его? Пусть бегает, а я спать. Ага, будто что-то или кто-то помешает ему вернуться и вытрясти-таки из меня душу.
Я соскользнула с кровати, подхватила со стула еще влажное полотенце и затаилась за дверью. Ох и отобью я ему одно место, сидеть с неделю не сможет! И вот она – долгожданная месть! Замах и что есть мочи выбрасываю вперед руку со скрученным полотенцем. О, это будет адски больно!
– Ра-а-ар!
Что-то большое кубарем полетело на пол, и это явно был не Кайя. А еще под этим кем-то с острыми ушами и золотыми волосами растекся травяной настой. И что-то подсказывало мне, что пар шел от кипятка, а не из ушей эльфа. Мама!
– Я убью тебя! – взревели с пола.
А ведь это мои слова. Я тоже кое-кого убью, если меня раньше не отправят на покой. Вечный!
– Пха-ха-ха! Ну ты даешь! – ржали снаружи знакомым смехом.
– Мелкий, слишком весело тебе для мертвого…
– А ты слишком спокойна для того, кто через вар составит ему компанию, – мелодично пропели за моей спиной.
– Ик!
Я не могла представить лицо учителя в тот момент, раз даже Кайа заикаться стал. Осторожно показала кельпи на круглый деревянный столик глазами, а потом на выход. Ответом мне был очередной «ик».
Рывок в сторону, мальчишка опрокидывает стол под ноги эльфу, грохот за спиной, но мы не оборачиваемся, а на всех парах несемся прочь из дома.
– Подожди у меня, мелкий. Я тебе устрою каникулы у Всенижнего за такие выходки.
– Да кто ж знал, что его нелегкая к тебе с утра пораньше принесет, – сверкая пятками впереди меня, оправдывался кельпи. – Я бы в жизни не стал испытывать его терпение, тем более шутить над ним. А ты его полотенцем, да еще по лицу.
– О Всечувствующие, нам конец! – простонали мы одновременно.
– Мы в полной и беспросветной! – заключила я. – Кошмарик, а почему я на своих двоих бегу? – вдруг осенило меня. – А ну быстро перекинулся и меня на спину подхватил!
– Хорошая мысль. – Мгновение и передо мной уже бежал шикарный жеребец, черный как смоль, с бело-пепельной гривой и хвостом. – Запрыгивай!
– Щаз! Уже! А ну тормози, я на тебя и в стоячем положении не залезу, а ты хочешь на ходу! Я не самоубийца, – начиная задыхаться и сбивать дыхание, из последних сил крикнула коню.
– Широ догоняет!
– А-а-а! – И я уже на Кайе! Как? Сама не знаю!
Обернулась, а сзади никого. Похоже, эльф отстал.
– Не делай так больше! – возмутилась я.
– Но сработало же, – оправдывался мальчишка.
