Подтянув жертву поближе, крысолов обнял меня своими листьями. Крепко, словно старого друга. Я в ужасе завопил, ощущая, как в кожу впиваются тысячи острых колючек. А зеленая тварь распахнула свою пасть и наклонилась ко мне. Последнее, что я почувствовал — как острые зубы существа смыкаются на моей шее, перекусывая ее и обрывая мой истошный вопль…
А в следующий миг подскочил на кровати, слыша, как колотится о ребра мое сердце. Лихорадочно оглядевшись и не обнаружив в комнате никаких растительных тварей, я откинулся на подушку и облегченно выдохнул:
— Всего лишь сон…
Но какой реальный! Если бы не странный сюжет кошмара, я бы легко мог спутать его с очередным кусочком памяти Дамблдора. Но больше всего меня напрягало отсутствие каких-либо эффектов в момент перехода от сна-воспоминания к этому бреду. Старая привычка готовиться к худшему навевала очень неприятные мысли. Что, если подобные кошмары станут регулярными? Что, если в дальнейшем они учтут мои пожелания и не будут так сильно противоречить действительности? Что, если в результате у меня окончательно сотрется грань между реальной вселенной и миром, порожденным моим воображением? Я ведь до самого конца не подозревал, что действие происходит во сне…
А может, я до сих пор сплю?
Недолго думая, я ущипнул себя за ляжку. По нервам хлестнуло болью, которая оказалась довольно сильной. Заметка на будущее — не мешало бы ногти подстричь. Я же не феникс, чтобы щеголять таким украшением на лапах! Однако врезавшиеся в память болевые ощущения, полученные во время жарких объятий с крысоловом, заставляли меня усомниться в надежности данной проверки, что расстраивало неимоверно.
У меня и так проблем — выше крыши, а тут еще подсознание начало выкидывать фортели, разрушая мою уверенность в реальности окружающего мира! А ведь я только-только смирился со снами в форме воспоминаний Альбуса и начал находить в них пользу. К примеру, последнее объяснило мое безэмоциональное поведение при встрече с грабителем. И приступ самокопания на тему: 'Ой, какой же я бездушный — человека убил и не поморщился!' теперь казался мне глупым. Мрази, подобные бритоголовому, годятся лишь на убой. Или в качестве материала для исследований. Иначе приносить пользу они в принципе не способны. И не переживать мне нужно было, а гордиться тем, что я избавил человечество от одной из бесчисленных раковых клеток, разъедающих его изнутри.
Может, ликвидировав бандита, я спас жизнь нескольким десяткам невинных клиентов, что в будущем принесут в ломбард ценный товар, за который алчный Роджер снова не захочет платить? А если так, получается, я — самый настоящий герой! Ничуть не хуже Бэтмена. Конечно, плащика и маски с ушками не хватает, но ведь я же не тупой подражатель? У меня есть собственный стиль, в который входит крутецкая мантия с единорогами, очки-половинки, белоснежная борода и ослепительная улыбка. А многочисленные технические примочки летучей мышки с успехом заменяет волшебная палочка…
Дамбимен! Вы против Общего Блага? Тогда мы идем к вам!
— Боже, какая хрень в голову лезет! — пробормотал я.
Осторожно, чтобы ненароком не разбудить Фоукса, поднялся с кровати и босыми ногами попытался нашарить под ней тапочки. Заработавший мозг ехидно напомнил, что у Альбуса их отродясь не водилось. Хм, тоже мне проблема! Взяв палочку, я трансфигурировал из воздуха мягкие шлепанцы в форме пушистых зайчиков с длинными ушами, с удовольствием натянул их на свои лапы и потопал в уборную.
В этот день традиционный утренний моцион, включавший в себя зарядку, водные процедуры и все остальное, мое тело выполняло в режиме автопилота, поскольку разум был занят более важными задачами. Ночная прогулка в закрома памяти принесла неплохой результат, и теперь нужно было произвести корректировку дальнейших планов. Вернее, определиться с главным вопросом — начать уничтожение уже имеющихся крестражей или прежде собрать всю коллекцию, чтобы аннигилировать ее одним махом?
Поэтапное уничтожение было связано с несколькими проблемами. Волдеморт обязательно почувствует ликвидацию своих 'якорей' и может догадаться, что я специально заманиваю его в Хогвартс, чтобы добить. Конечно, передача крестражем накопленной памяти хозяину — это все фаннонные выдумки, но благодаря связи между частями души исчезновение одной из них непременно скажется на основе. Упадок сил, потеря сознания, кратковременный шок и прочие прелести — все это настигнет Реддла в момент разрушения крестража. А если подобное будет повторяться регулярно, Том вполне способен отказаться от своих планов по краже философского камня и оставить меня в дураках.
