— Для начала нужно убедиться, что принятые нами законы будут выполняться, а вы сами прекрасно понимаете, как 'любят' работать чиновники Министерства, — не удержался я от колкости. — Думаю, пройдет не один месяц, прежде чем Корнелиус осознает необходимость отмены противоречащих принятым нормам директив и постановлений.
— А если не осознает? — спросил выглянувший из-за спины Тиберия Латимер Севинтор.
— Тогда он станет первым министром магической Англии, которого будут судить за нарушение действующего законодательства! — заявила Боунс. — Вы что, уже забыли про пятый подпункт седьмого параграфа?
Несмотря на усталость, я разделял удивление женщины. Ведь, как говорил в прекрасной комедии солист группы 'Ленинград' по поводу строчки с матерным словом, ради нее все и писалось! Это раньше Министерство могло тянуть волынку годами, а то и вовсе 'временно' отменять своими циркулярами принятые Визенгамотом законы, но теперь лавочка прикрылась. Законопроект вступит в силу и будет выполняться всеми без исключения. Даже министром магии. А если Фадж окажется настолько недальновидным, что затянет с отменой указов, ограничивающих в правах представителей волшебных рас, населяющих территорию Магической Англии, то со временем непременно окажется на кресле с цепями и ответит по всей строгости закона.
— Конечно, не забыл, — стушевался мужик, коротко поздравил меня и поспешил покинуть помещение.
Следом за ним меня поздравили еще человек двадцать, надеясь на продолжение беседы в неформальной обстановке и не подозревая, что у меня были иные планы на вечер. Все, чего я сейчас хотел — поскорее вернуться в Хогвартс, к своей любимой кошечке, но вместо этого мне приходилось вымученно улыбаться, отвечать на глупые вопросы и туманно намекать на грядущие перспективы. Да уж, адская должность! Может, действительно подать в отставку? Эх, мечты, мечты…
Спустя невыносимо долгие четверть часа мне все же удалось вырваться из окружения, сославшись на школьные заботы. Но спокойно уйти не удалось. У лифтов меня поджидал Малфой с компанией. Чувствуя направленные на меня взгляды, я довольно улыбнулся, пожал блондину руку, поздравляя с победой, и вошел с ним в кабину. Крэбб и Гойл остались у дверей, отсекая прочую публику и подарив нам минуту уединения. Понимая, что впереди еще встреча с журналистами, я состряпал чары приватности и сразу заявил блондину:
— Писак берешь на себя ты! Я вброшу общие фразы и сойду со сцены, а ты останешься набирать очки в глазах общественности. Нелишним будет ввернуть что-то типа: 'Я осознал важность идей Дамблдора, на практике убедился в их дееспособности, а потому считаю, что они могут изменить наше общество к лучшему'. Остальное — на твое усмотрение. Вопросы?
— А по вам не скажешь, что вы удивлены результатами голосования, — криво усмехнулся Люциус.
Ну да, сорок шесть 'за' при всего трех 'против' — своеобразный рекорд столетия. А вот если сделали бы голосование закрытым, результаты были бы намного ниже. Я же четко видел, что многие колебались до последнего, и в итоге просто подчинились стадному инстинкту.
— Не волнуйся, я заметил, что все твои 'друзья' выступили единым фронтом. Даже не представляю, как тебе удалось их уговорить!
Блондин поморщился:
— На комплимент не похоже. Скорее на издевку.
— Так и есть, — подтвердил я. — Ты же не девушка, чтобы на комплименты напрашиваться. И не сопливый школьник, которому необходима похвала учителя за прекрасно выполненное домашнее задание. Лучше расскажи, как все восприняли исчезновение Метки?
— Многие обрадовались — все-таки нелегко жить в постоянном страхе. Некоторые расстроились и всеми силами пытаются выяснить причину такого события. Яксли и Макнейру я намекнул поискать ответ в книге Индольези. Думаю, их заинтересует описание функций древнеримского рабского клейма. Остальным пока не говорил ничего. Пусть дозреют.
— Хорошо. Но советую не затягивать. Сам понимаешь, лишившись надежды на возвращение старого хозяина, многие пожелают покинуть 'клуб по интересам', а мне бы не хотелось, чтобы буйные одиночки бросали тень на наши с тобой достижения. Не сумеешь стать лидером для преданных Лорду отщепенцев, сделай так, чтобы тебя и твоих людей с ними ничего не связывало.
— Ясно, — кивнул Люциус.
Тут двери лифта открылись, и мы попали под прицел многочисленных колдокамер. Журналисты, уже успев ознакомиться с итогами заседания, жаждали пообщаться с героями дня. Как и обещал, я выдал коротенькое заявление, похвалив коллег из Визенгамота за дальновидность, пообещав простым гражданам перемены, которые позволят нам догнать прочие цивилизованные страны, и бросил Малфоя на растерзание своре 'акул пера', пообещав, что тот ответит на все их вопросы. После чего аналогично сослался на занятость и направился к каминам. Некоторые особо непонятливые писаки кинулись следом, но ничего не добились, кроме вежливого: 'Простите, сейчас на комментарии у меня нет времени'.
