Костиков невинно взглянул на Далилу и с горькой улыбкой признался:
– За зажигалкой. Я накануне был у Анфисы и забыл свою зажигалку. Между прочим, Генриетта сама там была, но почему-то это скрывает.
– Откуда вы знаете?
– Видел своими глазами. Вскоре, после ухода нотариуса, Гет выбежала из дома…
– Из чьего дома?
– Из своего дома выбежала и, как девчонка, поскакала к Анфисе.
Бледнея, Далила спросила:
– И долго она там была?
Костиков отмахнулся:
– Я за ней не шпионил, это Генриетта шпионит за мной, все к Анфисе ревнует. Точнее, ревновала, – поправился он и добавил: – Кстати, забыл вам сказать. Нотариус от Анфисы прямо к Гет и пошел.
– Зачем?
– Вот уж не знаю. Надеюсь, с приличными целями. Во время нашей беседы Генриетта выглянула в окно и, думаю, мне назло, нотариуса в гости к себе зазвала.
– Как – зазвала? Они что, знакомы? – изумленно спросила Далила.
– Видимо, да. Она ласково кричала ему: «Марк Борисович, милый, зайдите ко мне на минутку!»
– А он?
– Он увидел ее, обрадовался и на зов поспешил.
– А вы?
– А я, убитый, потопал…
– К Анфисе?
Костиков рассердился:
– Зачем мне Анфиса? Я потопал домой. Уселся пить чай в столовой, из ее окон виден дом Генриетты. Кстати, как думаете, этот нотариус с Генриеттой не любовники?
Далила его успокоила:
– Не похоже. Во всяком случае, Куськина ничего мне о нем не говорила.
– Дай бог, – кивнул Костиков и продолжил: – Сижу в столовой, чай пью, смотрю в окно и вскоре вижу, Гет со всех ног несется к дому Анфисы.
– Долго она там была?
– Мне показалось, что долго. Еле дождался, когда Генриетта уйдет, и сам туда поспешил.
– Зачем? – спросила Далила, хотя помнила про зажигалку.
Костиков уже про зажигалку забыл, на этот раз он правду сказал:
– Я частенько к Анфисе заглядывал. Чайку погонять, за жизнь поболтать. Забавная была девчонка. И накануне к ней в гости ходил, а карга Генриетта, видимо, подглядела. Короче, убоялся я, каюсь, скандала. Сдрейфил. Генриетта, когда чем-то недовольна, шумная очень. Вот и хотел у Анфисы узнать, о чем у них шла беседа. В дом зашел, а там смертоубийство. Информации получить невозможно. Анфиса уже неживая.
Далила охнула:
– Неживая?!
Костиков спохватился:
– Только на Гет не подумайте. Гет, когда злая, любого убьет, но Анфису карга точно не убивала.
– А я на нее и не думаю, – холодно сказала Далила.
– Скорее нотариус Анфису убил. Гет нотариуса своего выгораживает и подставляет меня, – предположил Костиков и, кланяясь, распрощался.
Далила его проводила до лифта и на негнущихся ногах поплелась в другой конец коридора к Марку Борисовичу.
Она очень хотела с ним побеседовать, но кабинет был закрыт. Далила попробовала отыскать Марка Борисовича по телефону, но мобильный и домашний не отвечали. Расстроенная, она позвонила Галине, уныло спросила:
– Людмилу нашла?
Семенова, еле дыша, доложила:
– Черт возьми, не нашла! По универмагу ношусь, вся в мыле!
– Ищи, – приказала Далила и призадумалась.
Подозреваемые множились с невероятной скоростью. Только что подозревала одного Сасуняна, и вот уже под подозрением куча народу.
Оказывается, Анфису мог убить и Марк Борисович. Если Куськина вломилась к Пекаловой следом за ним, значит, она видела труп девушки. Возможно, нотариус о трупе и сообщил Куськиной. Но почему не вызвал милицию? Он нотариус, при исполнении, ему ли бояться?
Странное поведение.
Если допустить, что Анфиса была жива и сама проводила Марка Борисовича, тогда под подозрение неизбежно попадает Куськина мать. Она стремительно вломилась к Анфисе и долго там пробыла. Если Пекалову уже убили, то возникает вопрос: что в ее доме делала Куськина? И почему она, как любая нормальная женщина, не вынеслась с визгом из дома сразу же, как вошла? И почему не сообщила в милицию? И почему так охотно отыскала свидетеля? Кстати, бомжа.
Странное поведение.
И уж совсем легко допустить, что Изверг, то бишь Костиков, заходил к Анфисе раньше нотариуса. Не зря же он крутился около ее дома. Но даже если он к Анфисе после Генриетты зашел, возникает все тот же вопрос: почему не вызвал милицию?
Странное поведение.
«При всем при этом и Людмила из подозреваемых не выбывает, – подытожила горько Далила и тут же себя успокоила: – Впрочем, Куськина могла нарочно ее приплести…
Да, но приметы сходятся от цвета волос до марки машины. Выходит, Людмила действительно там была. Если не убивала, почему не сообщила в милицию? И почему соврала, что Анфису ни разу не видела?
Странное поведение.
У всех странное поведение. Кто же Анфису убил?» – растерялась Далила.
Решила «плясать» от мотива. Кому Анфиса сильнее всего мешала?
Нотариус утверждал, что составил завещание в офисе. Тогда как он оказался поздно вечером у Анфисы Пекаловой? Что его туда привело? И Костиков сказал, что Анфиса его поджидала. Значит, она сама его позвала. Допустим, он пошел составлять завещание на дом, но зачем завещательницу убил? Похоже, они и раньше друг друга знали. Иначе получается белиберда. Итог: Анфиса и Марк Борисович были знакомы. Больше о нотариусе в связи с убийством Пекаловой сказать вроде нечего – следовательно, у него мог быть мотив. А могло и не быть.
