– Постоянно зудел, что Люська коварная, лживая, жадная, злая, что его ненавидит, что ради денег терпит его. Говорил, что боится ее.
– Боится? Опять привираешь?
– Еще чего. Так и сказал: «В страхе живу. Того и гляди, отравит и станет богатой вдовой». А что, Люське выгодно его отравить, – пошутила Галина. – Он же кобель ненасытный и Люськой своей недоволен. Подходящую бабу себе найдет и бросит Люську в любой момент. При таких шатких раскладах быть богатой вдовой как-то надежней.
– А с чего это Сасунян с тобой в откровенность пустился? – с подозрением осведомилась Далила. Ты с ним, радость моя, не спала?
– Как это не спала! Конечно, спала, – обиженно подтвердила Галина и, поспешив успокоить подругу, добавила: – Не горюй, дала-то ему лишь разок, из любопытства.
– Ну и свинья ты! Может, ты и бывшенькому моему, Матвею, дала?
Семенова оскорбленно призналась:
– Матвей не просил.
– Ну, шалава! Я тебя вылечу, – пригрозила Далила и приказала: – Дуй быстро к Людмиле!
– Да дую уже, – миролюбиво отмахнулась Галина.
Распрощавшись с подругой, Самсонова вновь погрузилась в анализ. Припомнился последний разговор с Сасуняном.
Далила подумала: «Как-то неумело, назойливо убеждал он меня, что Людмила убила Анфису. Боялся, что я не поверю? Понял, что не сможет в постель меня уложить? Ну да, в постели оно как-то проще лапшу вешать на уши.
Несомненно, Сасунян чрезвычайно опасен, – заключила Далила. – Никогда себе не прощу, если Людмила погибнет. Похоже, и она подозревает, на что способен ее муженек. Раз Сасунян не может ее найти, значит, прячется Люська, что-то учуяла. Но, видимо, не понимает пока, что происходит. А как ей раскрыть глаза? Фактов-то нет. Без фактов она не поверит. Да и как в такое поверить? Родной все же муж.
Ах, надо Люську спасать! Как долго Галина сможет продержать ее у себя? День, два. А потом Люська домой запросится, к своему Сасуняну…
Я срочно должна факты добыть. И загадку должна разгадать: почему был всего один выстрел? Как убил Сасунян Михаила?
Начинать надо с Зинаиды Поповой, с подруги Анфисы. Нотариус ее адрес знает. Черт с ней, с этикой, все ему расскажу, Марк Борисович должен меня понять. И, между прочим, пусть объяснит свое странное поведение. Ведь он знал о смерти Анфисы. Почему же скрыл от меня? Что за тайны? Пусть объяснит».
С этой мыслью Далила ворвалась в здание, где располагался ее кабинет. В лифте столкнулась с соседом, Извергом и Педофилом, – Леонидом Александровичем Костиковым. Костиков смущенно признался:
– Дома не усидел.
– Я не к себе, – предупредила Далила. – Сегодня отменила прием. И очень спешу.
Костиков сразу взмолился:
– Я вас не задержу. Пожалуйста, уделите мне пару минут.
Самсонова с досадой поморщилась, но согласилась:
– Хорошо, говорите прямо сейчас, на ходу. Простите, но я действительно спешу, – извинилась она и предупредила: – Расскажете, сколько успеете, пока я до Марка Борисовича дойду.
Он поразился:
– Вы спешите к нотариусу?
Теперь уже поразилась Далила:
– Вы его знаете?
– Не то чтобы знаю. Мы познакомились в тот неприятный вечер, когда погибла моя соседка.
– Речь идет об Анфисе Пекаловой? – остолбенела Самсонова.
Костиков подтвердил:
– Да, о ней. Бедная девочка…
Далила его перебила:
– Знаете, Леонид Александрович, я передумала. Давайте зайдем на минутку в мой кабинет.
– Давайте зайдем, – радостно согласился Костиков.
Едва присев на краешек кресла, Далила торопливо спросила:
– С Марком Борисовичем Анфиса вас познакомила?
Костиков потряс головой:
– Нет. Поздно вечером, перед свиданием с известной нам дамой, я вышел прогуляться на улицу, решил закурить, но выяснил, что забыл зажигалку. Остановился. В этот момент из дома ныне покойной Анфисы вышел пожилой человек. Я попросил у него огонька, он сказал, что не курит.
– Марк Борисович как раз курит, – уточнила Далила.
Костиков, пожимая плечами, воскликнул:
– Ну не знаю, мне он сказал, что не курит. Рассеянно так сказал и зачем-то обратно вернулся. Вскоре он вышел из дома Анфисы опять, уже с зажигалкой. Дал мне прикурить. Я спросил, не он ли нотариус…
Далила его перебила:
– Почему вы решили, что он нотариус?
– Еще раньше вечером я встретил Анфису и пригласил ее в гости. Она рассмеялась и сказала, что не может зайти, ждет нотариуса.
– Ясно. И что было дальше?
– На мой вопрос он (почему-то смущенно) представился, назвался Марком Борисовичем, сказал, что нотариус. Даже визиткой пожаловал, – усмехнулся Леонид Александрович и капризно проныл: – Далила Максимовна, вы ей не верьте. Она ревнует и все со зла.
Далила опешила:
– Что – со зла?
– Со зла говорит, что я Анфису убил.
– Вы о ком? Ах, вы о Куськиной! – догадалась она.
Костиков рассмеялся:
– Ну да, о ком же еще.
– Так вы с этим ко мне пришли? – поразилась Далила.
– Конечно.
– Но почему?
– Генриетта грозится свидетелем против меня выступать. Я знаю, вы ведете расследование, ищете убийцу Анфисы…
– С чего вы взяли?
– Генриетта оповестила. Хочет вывести меня на чистую воду. Поэтому я лично пришел вам сказать, что Анфису не убивал. Да, я входил в ее дом, Генриетта меня застукала, но Анфиса была уже мертва.
– Зачем вы входили?
