— Я бы лучше, девочки, сказала, что она счастливица! — привела Оля своих подруг в чувства. — А вы, милые, завидуйте этой обезьянке молча. И подотрите свои слюни, а то уже все тут закапали вокруг ими! — бросив это напоследок им, она ушла.
— А она в купальнике хоть? — продолжила Вероника, быстренько забыв об уходе их, не созревшей еще, маленькой подружки. — Или мне одной отсюда кажется, что она совсем голая?
— Я бы поддержала второй вариант, но эта мартышка все-таки в купальнике! Хотя как эти прозрачные веревочки назвать купальником — я не знаю!
— Мне кажется, что если бы вокруг этой девицы не было больше людей, то она бы запрыгнула на бедного парня и стала бы прыгать на нем! Прыгать и прыгать! — голос Вероники был столь страстным, будто она на самом деле занималась сейчас «конным спортом».
— По ходу парень совсем не против того, чтобы эта длинная жирафа с накладными ресницами запрыгнула на него!
- Кобель!
— Да, кобель, — согласилась девушка с подругой. — За то какой кобель! — добавила она, томно вздыхая.
Соблазнительный мачо оказался спасателем на этом элитном пляже, куда девушки пришли, чтобы немного погреться на солнышке. Но увидев этого Купидона, они совсем забыли, зачем сюда пришли, уставившись бесстыдно на парня, пожирая того своими томными взглядами, медленно раздевая того глазами. Хотя, что с него то снимать?! Он ведь и так был в одних только плавках. Девушки себя вели, словно они были посетительницами увеселительного заведения, пялившимися на стриптизера в ночном клубе. Но видимо они были не одиноки в своих желаниях. Вся женская аудитория пляжа то и делала, что открыто глазела на спасателя. Каждая из них была готова броситься в морскую пучину без страха потонуть, чтобы быть спасенной этим страстным парнем в плавках и со свистком на грудях. Некоторые более смелые так и сделали, борсаясь сейчас в морских волнах, чтобы привлечь к себе внимание спасателя. Но тот был занят в тот момент. Наглая девица, модельной внешности, полностью оккупировала желанный объект всех девушек пляжа, повис у того на груди.
Сердце Олечки сжималось от резкой боли. Глаза были полны слез, когда она вспомнила все, что случилась когда-то давным-давно одного теплого летнего вечера, когда она, как наивная дурочка, которая поверила в сказку, отдалась в руки обворожительного спасателя. Она отдала ему себя всю, все свое тепло и даже девственность, а взамен получила ничего, только жестокие слова напоследок. Ей было сейчас так больно, что хотелось выть от этого. Но Оля взяла себя в руки, успокоила свое ноющее сердце, и приказала себе все забыть и не вспоминать. Она притормозила возле супермаркета, решив купить немного средства от сердечной боли. Оно должно было для того, чтобы полностью заглушить голоса прошлого, которые пытались вырваться наружу и поглотить ее целиком и полностью, при этом с такой легкостью уничтожить высокие муры забвения, которые она выстроила много лет назад, чтобы полностью стереть все свои воспоминания об этом Дамском Искусителе, как он себя сейчас величает.
Девушка, купив четыре бутылки мартини, села обратно в машину и быстро добралась до желаемого места назначения. Увидев ее на пороге, девочки страшно удивились. Наверное, считали, что она где-то проливает слезы за потерянной девственностью в объятиях бутылки коньяка.
- А мы не ожидали тебя увидеть, подруга, — встретила Дарья Олю, открыв ей двери квартиры, где они уже более часа приятно проводили время в дружеской атмосфере, как раз обсуждая ее и Дамского Искусителя.
Даша немного расстроилась, потому что ее вторжение прервало разговор на самом интересном месте. Девушки только собирались поведать ей самое главное и интересное, но приход Оли все испортил. Но Дарья была оптимисткой и поэтому решила, что так даже к лучшему. Она заставил саму Олю проболтаться и рассказать все то, что ее так интересовало.
— Думали, что я где-то бухаю наедине с бутылкой? — спросила Оля подруг, отпихивая Дарью со своего пути и врываясь в квартиру. — А я вот туточки нарисовалась! Не ждали меня подружки-лохушки! О как классно звучит! Подружки-лохушки! Лохушки-подружки! Вот, на — держи! — потребовала Оля в Кати, всовывая ей купленное «средство от боли». — Четыре бутылки мартини принесла, ваша добрая подружка-лохушка! По одной на каждую из моих любимых девочек.
— Но здесь только три, — посчитала Катя количество тары. — Где четвертая-то? Неужели разбила по дороге?
— Не-а, — ответила Оля, икнув. — Не угадала. Попробуй еще раз.
— Раздала на нужды общества анонимных алкоголиков? — подключилась к дискуссии Вероника.
— Не-а. Еще.
— Бомжу отдала, — предложила свою версию Вероника. — Пожалела бедолагу. Думаешь и у него после этого дорогого пойла амнезия случиться, как и у тебя. И он забудет на время, что живет на улице. И станет великим человеком. Бросит улицу и пойдет работать. И выбьется в люди. Ты прямо святая матерь Тереза.
— Не верно, о, всезнающая Ника! — Оля низко уклонилась перед подругой в шутливом реверансе. — Еще будут варианты.
— Наверное, в магазине забыла, — еще раз попробовала Катя.
