Машина затормозила недалеко от сбитого Ю-88, и все направились к самолету. Петр был хорошо знаком с этим самолетом, изучил его еще в 1941 году. Разведчики осмотрели кабину летчика и фюзеляж, обнаружили три аэрофотоаппарата. Сняли кассеты и увезли с собой. По приезде в Пакш капитан отправил кассеты в фотослужбу 17-й воздушной армии. Пленку проявили и отпечатали снимки. Материалы аэрофоторазведки противника были немедленно доставлены командованию. Павленко подробно доложил маршалу Ворожейкину обо всем виденном и слышанном в Будапеште.
- Значит, не удалось спасти мосты от взрывов? - проговорил маршал. - Жаль, очень жаль!
- Все мосты гитлеровцы заранее подготовили к взрыву.
Шестнадцатого января последние подразделения врага под покровом темноты скрытно оторвались от наших штурмовых групп и отошли на западный берег [180] Дуная. Ручки подрывных машинок были мгновенно приведены в действие. Мы стали очевидцами этой трагедии. Здание венгерского парламента уцелело. Национальный банк, Оперный театр, исторические памятники, здания научных и учебных заведений, жилые кварталы, которые нам удалось осмотреть, невредимы. Чепельский комбинат, все заводы и фабрики в указанных кварталах тоже не тронуты.
- Ну а что делается в Буде? - спросил Григорий Алексеевич.
- Там идут напряженные уличные бои. Стрельба не прекращается ни днем, ни ночью. Наши штурмовики в светлое время суток подавляют огневые точки в Старой крепости и на окраинных улицах Буды. Истребители в дневное время барражируют над всем районом на различных высотах и надежно блокируют с воздуха окруженные в Буде войска. Ночью наша авиация не действует, по крайней мере, мы этого не видели. Зато транспортная авиация и ночные бомбардировщики противника по ночам всю прошлую неделю прямо-таки висели над городом. В Буде кругом грузовые парашюты.
- Вот оно что, - тихо произнес маршал. - Гитлеровское командование все же надеется спасти свои окруженные войска. Не выйдет!
Раздался звонок. На проводе была Москва. Ставка запросила сведения о действиях авиации фронтов под Будапештом и в районе озер Балатон и Веленце. Г. А. Ворожейкин обстоятельно доложил обо всем.
Положив трубку, маршал авиации направился в штаб фронта к маршалу Толбухину, на совещание. Только спустя несколько часов Ворожейкин вместе с генералом в авиационной форме вышел из кабинета командующего. Они задержались в приемной и о чем-то заговорили.
- Кто этот генерал-полковник авиации? - спросил Петр у порученца маршала Толбухина.
- Командующий семнадцатой воздушной армией Владимир Александрович Судец.
Павленко был наслышан об этом авиационном военачальнике. Несколько раз разговаривал с ним по телефону, но увидеть довелось впервые. Владимир Александрович сразу располагал к себе. Среднего роста, стройный, подтянутый, атлетически сложенный, подвижный, он выглядел молодо. Голос у него был низкий, зычный. В «критические моменты», как об этом рассказывали [181] его подчиненные, этот громоподобный голос не один раз повергал провинившихся в страх и «психический нокдаун». К счастью, такие вспышки обычно быстро проходили и заканчивались добром и миром. Однако генерал Судец был непримиримым, жестким к безынициативным, рассеянным и нерешительным людям. Несколько позже Павленко лучше узнал о боевой деятельности этого замечательного советского авиационного командира.
…С началом Великой Отечественной войны командир авиакорпуса (а с августа 1941 года - командующий ВВС 51-й отдельной армии) Судец принимал активное участие в ожесточенных сражениях с врагом в небе Киева, Одессы, Запорожья, Перекопа и Каховки. В 1942 году генерал-майор Судец возглавил резервную армию Ставки - 1-ю бомбардировочную, а после ее переформирования - 1-й бомбардировочный авиакорпус РГК. Авиаторы под его командованием наносили мощные удары по врагу под Воронежем и Ельцом, Москвой и Ленинградом, у Великих Лук и Старой Руссы.
Но, пожалуй, самые яркие страницы биографии Владимира Александровича связаны с 17-й воздушной армией: в марте 1943 года он стал командующим этого объединения. Большой личный вклад он внес в авиационное обеспечение крупнейших стратегических операций на Курской дуге, в Донбассе и Правобережной Украине, по освобождению Румынии, Болгарии, Югославии, в освобождение венгерской земли и ее столицы, у стен которой сложилась тяжелая обстановка. Авиационные соединения воздушной армии генерала Судца только за январь 1945 года совершили в районе Будапешта 16 501 самолето-вылет, уничтожив множество боевой техники и живой силы врага. Летчики 17-й воздушной, прикрывая советские войска и город Будапешт от налетов фашистской авиации, провели 327 воздушных боев, сбив 281 вражеский самолет. За мужество, отвагу, высокое мастерство, проявленные в боях за Будапешт, генерал В. А. Судец был удостоен звания Героя Советского Союза.
…Обстановка в полосе наступления войск 3-го Украинского фронта была сложная. В ночь на 18 января внезапным ударом крупных сил танков и пехоты враг прорвал оборону наших войск между Веленце и Балатоном.
18! [182]
