Особенно презирал Толбухин подхалимов, лодырей, очковтирателей. Ничто не ускользало от его опытного глаза. Обстановку на вверенном ему фронте он знал до мельчайших подробностей. Одновременно представлял себе и всю линию фронта и каждого солдата на ней. На изменения на этой линии он реагировал быстро, четко и точно.
Маршал Толбухин тяжело переживал, узнавая о потерях наших солдат и офицеров в боях. А когда речь шла о неоправданных потерях, то зачастую сам выезжая в войска или к раненым в госпитали, чтобы лично разобраться в случившемся.
Федор Иванович никогда не верил на слово, если ему доносили, будто наша авиация нанесла удар по своим войскам. Тут же звонил Г. А. Ворожейкину и уточнял:
- Григорий Алексеевич! Батенька мой! Говорят, опять твои соколы угостили моих солдат «пряниками», - спрашивал он.
- Где и когда? - в свою очередь уточнял Ворожейкин. Толбухин указывал время и место.
- Ясно, Федор Иванович, разберусь, приму меры!
И вот таким разбирательством всегда, по приказу маршала авиации, занимался капитан Павленко - его порученец. Он срочно выезжал в войска, в районы, где наносили удары наши бомбардировщики и штурмовики. [185]
Поползает на животе вдоль переднего края, иногда под градом пуль и осколков мин противника, пересчитает воронки от бомб, где это возможно, поговорит со многими солдатами, младшими командирами и офицерами и в конце концов выяснит, что никаких ударов по своим не было. Зато нередко видел, какой большой урон наносили наши самолеты войскам противника непосредственно на переднем крае.
Иногда Ворожейкин разрешал Петру прямо с поля боя следовать к маршалу Толбухину и лично ему докладывать результаты расследований. В случаях, когда советские самолеты наносили снайперские удары по живой силе и огневым средствам противника, находящимся в непосредственном соприкосновении с нашей пехотой, и при этом не причиняли ей никакого вреда, лицо Федора Ивановича расплывалось в улыбке и он довольным тоном произносил:
- Батенька мой! Вот видите, как точно бьют наши самолеты, любо-дорого. Это очень хорошо, наша пехота имеет возможность сразу же использовать удары авиации для продвижения вперед. Передайте мой привет и благодарность Григорию Алексеевичу.
Таков был Федор Иванович Толбухин, таким Павленко его запомнил на всю жизнь.
…Из кабинета командующего фронтом вышел маршал авиации Ворожейкин и быстро направился к своей машине. Петр последовал за ним. Прибыв в штаб-квартиру, представитель Ставки поставил капитану задачу:
- Готовьтесь снова ехать в Будапешт. На этот раз для разведки и доклада обстановки прямо с поля боя. Дело для вас не новое, и надеюсь, справитесь с ним.
- Постараюсь, товарищ маршал авиации!
- Так вот, рано утром я улетаю на самолете в Ясапати к Горюнову. Нужно решить с ним вопрос о помощи Судцу. Обстановка складывается так, что в полосе четвертой гвардейской нужно немедленно сосредоточить усилия всей штурмовой авиации двух воздушных армий. Танковую группировку противника, рвущуюся к Будапешту с юго-запада, необходимо разгромить во что бы то ни стало. Штурмовая авиация может и должна сыграть в этом главную роль. На ее плечи ложится вся ответственность. Вы поняли? [186]
- Понял.
- Ну если поняли, тогда слушайте дальше. С рассветом срочно выезжайте в четвертую гвардейскую армию. В районе севернее Эрда встретитесь с начальником оперативной группы воздушной армии. С ним находите» радиостанция. Вы будете пользоваться ею. Все данные по радиообмену со штабами и соединениями штурмовой авиации семнадцатой и пятой воздушных армий у этого офицера. Со мной связь держите через радиостанцию командующего пятой воздушной армией.
- Отдайте ему распоряжение, а то не разрешит.
- Разрешит. Предупреждаю, обстановка очень серьезная. Окруженные в Буде войска противника, несомненно, поведут наступление на юг, навстречу своим спасителям. Вы можете оказаться между «наковальней и молотом». Так что будьте внимательны, осторожны. Главное, не упустите момента, когда фашисты предпримут решительные действия. Постоянно докладывайте мне обстановку на поле боя. Держите тесную связь с офицерами наведения авиации, которые находятся в войсках, обороняющихся на этом направлении. От них то вы и сможете получить подробные сведения о действиях танков противника. Передайте начальнику оперативной группы и всем офицерам наведения, что самая главная задача в этих боях - уничтожение вражеских танков, повторяю - танков! Основным средством для их уничтожения будут штурмовики. Поэтому в необходимых случаях разрешаю начальнику оперативной группы от моего имени перенацеливать прибывающие группы «илов» на танки, находящиеся на поле боя. Ну, если нет вопросов ко мне, отправляйтесь. Желаю успеха.
Еще не рассеялась утренняя дымка в районе Дуная, когда машина капитана Павленко покинула Пакш и покатила на север, к венгерской столице. С ним, как всегда, были опытные боевые товарищи - Алексей Яцына, Григорий Михайлюк и Давид Едиберидзе.
