Она вздохнула, заставляя меня подумать о других звуках, которые она будет издавать
сегодня вечером.
– Полагаю, что точно не буду твоей первой, хоть в чем-нибудь, так?
Зарываясь лицом в ее волосы, я решил, что мне нравится её ревность. Пока она
раздвигает ноги для меня, пусть побудет собственницей.
– Нет, но ты можешь стать моей лучшей.
И я был полностью её. Это заставило и меня почувствовать себя собственником. Я,
должно быть, сказал правильные слова, потому как лифчик был снят. Скрестив руки на
груди, она посмотрела на меня с ангельским взглядом на ее прекрасном лице.
– Хочешь, чтобы я развернулась снова?
– Немедленно, – приказал я ей.
– Нет, – она надулась и губы, образовали небольшой круг.
Девушка просто сводит меня с ума. Хотелось схватить её за задницу и врезаться в
неё.
– Вот и всё. Теперь я коснусь того, что принадлежит мне, – обняв, я оттолкнул её
руки и обхватил грудь.
– Тебе нравится? – прошептал я ей на ухо, облизывая ее шею, наслаждаясь вкусом
кожи. Джанна порывисто кивнула. Моя девушка была возбуждена.
27
Песня перешла в хип-хоп, она выгнулась и начала извиваться на коленях в более
быстром темпе. С моими руками на ее груди, она, казалось, еще больше окунулась в танец.
Все в ней было сексуально: ее задница, оголенная стрингами, ее обнаженная спина, и то,
как ей пришлось по вкусу мое прикосновение.
Она полностью была моей. Казалось, что я достиг самого пика власти над ней.
Ревность захлестнула меня, я вспомнил, как нашел ее соблазнительно танцующей под
песню Шакиры для Джареда, когда они были в кемпинге и тусовались. Захватив волосы, я
осторожно наклонил ее голову назад.
– Джанна, – прошептал я сурово, – ты слишком хороша в этом. Ты ведь не танцевала
раньше на коленях у какого-нибудь парня до меня, не так ли?
Она покачала головой, несмотря на мою руку, зажавшую волосы.
– Никогда. Клянусь.
– Хорошо, потому что ты моя. – Я скользнул рукой в её трусики. Влажность
поприветствовала меня, когда я вошел в нее двумя пальцами. Ее стон заставил меня
продолжать.
– Ты такая влажная для меня.
Ни один другой парень никогда не трогал ее там. Она извивалась на моих коленях,
когда я толкался в нее.
– О, Боже, Калеб, я чувствую себя просто удивительно.
– Хочешь большего? – Откинувшись на спинку стула, я прихватил одной рукой её
бедро, а другой между ног, и всё сильнее прижимал к себе ее задницу.
Она перестала танцевать, но это уже не имело значения. Начались настоящие игры.
Вздохи Джанны стали резкими поверхностными, когда она двигалась на моих пальцах. В
некотором смысле, это просто другой вид танца.
– Калеб, больше.
– Хочешь, чтобы я вошел в тебя? – спросил я, слегка прикусив её за ушко зубами.
– Да, – ответила она, но я тоже хотел больше, я хотел, чтобы она молила.
– Ты должна попросить об этом, Джанна.
Не было никакого колебания с ее стороны.
– Пожалуйста, Калеб, пожалуйста?
– Пожалуйста, что, Джанна? – Она начинала учить урок на тему: кто здесь главный.
– Пожалуйста, можно мне почувствовать тебя внутри?
Ее мольбы звучали так сладко. Мне захотелось испачкать ее, сделать с ней гадкие
вещи.
С рычанием, я встал, подняв ее с собой.
– Я должен взять тебя прямо сейчас.
Я положил ее на кровать, едва воздерживаясь от того, чтобы бросить. Я скинул с себя
все, кроме нижнего белья. Глядя на нее, я не мог поверить: вся эта великолепная девушка
моя. Она не прикрыла грудь, этот вид опьянил меня.
– Боже, Джанна, я хотел бы быть нежным с тобой в первый раз, но я не думаю, что
смогу.
– Сделай это так, как хочешь. Просто поторопись. Ты нужен мне сейчас, Калеб.
Борясь с желанием сорвать трусики, мне удалось опустить их вниз по ногам. Мои
руки на ее коленях, я раздвигаю их, глядя ей в глаза. Я опускал свой взгляд ниже и ниже,
28
пока не увидел самый прекрасный вид. Незабываемо. Я подтянул ее ближе к краю
кровати, и наклонился, чтобы впервые попробовать на вкус.
Делая это впервые, я не мог сдерживаться долго.
– Калеб! О, Боже, Калеб! О, Боже! – Она сходила с ума, пока я наслаждался ею.
Почувствовав себя на грани, я сдернул боксеры, а она всхлипнула, реагируя на паузу в
удовольствии. Расположившись на кровати, я завис над ней, наконец, наслаждаясь тем, что
нахожусь у нее между ног.
Коснувшись лица, я поцеловал ее, стараясь передать поцелуем все, что чувствовал.
Кроме того, что я был возбужден как никогда ранее, в моей груди словно завязался тугой
узел. Она вернула мой поцелуй с ответным рвением. Я смотрел на нее, и мои эмоции
смешались. На первый план вышел порыв сделать ее своей. Голубые глаза так доверчиво
смотрели в мои глаза, когда я вошел в нее одним рывком, и замер, позволяя привыкнуть ко
мне. Негромко вскрикнув от боли, она ухватилась за мои плечи.
Убрав ей волосы со лба, я сказал:
