кроме как любовью. Они отличались от той покровительственной и оберегающей любви,
которой я любила моего младшего брата, и были куда больше, чем привязанность и
дружба, которую я делила с Джаредом.
Я не жалею о любви к Калебу, но при его истории и личности необходимо быть
осторожной. Даже если он любит меня, то уже напуган подобной связью. Наши
отношения для него неисследованная территория, и я боялась, что заставляю его
чувствовать себя обязанным. В этот момент, будучи только с одной девушкой, он и так
зашел слишком далеко. Все, что было нужно, это медленный прогресс к более глубоким
чувствам. Калеб девственен в эмоциональном плане. Он никогда не испытывал любви к
тем, с кем спал.
32
Воображая, как он говорит эти три слова, я окунулась в головокружительные мысли.
Я так сильно любила его. Никогда не переживала ничего подобного. Невозможно
представить такое чувство, если не испытываешь это. Калеб так старался быть хорошим
парнем, несмотря на полное отсутствие романтической жилки. Но действительно имело
значение только то, что у него и так есть всё: он может защитить, он сильный, заботливый
и внимательный. Вполне достаточно, чтобы быть парнем. Поэтому я могу обойтись без
романтики.
Меня не беспокоило то, что он был немного извращенцем и говорил любые
неприличные мысли, которые приходили на ум. Я не хотела быть с парнем, который
пытался бы скрывать свою сущность за красивыми словами. Я хотела, чтобы он был
собой, а не тем, кем должен бы быть для меня. Я любила моего плохого мальчика именно
таким, какой он есть.
Кстати, о плохих мальчиках…
Я осторожно сняла его руку с моей груди и села. Захватив кусочек простыни, и
удерживая его на груди, я потихоньку начала спускать простыню по торсу Калеба. В
районе его промежности я остановилась. Там, на нижней части его живота,
написано одно слово. И это слово было «привет», простые черные строчные буквы.
Какого черта он решил вытатуировать «привет» здесь, внизу?
– Калеб! – Я нетерпеливо толкнула его в плечо.
– Что? – Он выдохнул в ответ.
– Проснись!
– Нет, – отказался он, укладываясь на живот. Я сильнее толкнула его в руку.
– Почему у тебя над пахом написано
Это привлекло его внимание. Перевернувшись на бок и приложив одну руку к
глазам, он спросил устало:
– Джанна, мы должны обсуждать это ранним утром?
– Я хочу знать, – упорствовала я. – И сейчас не так уж и рано.
Приподнявшись на локте, он посмотрел на меня так, словно ответ совершенно
очевиден, но я слишком глупая, чтобы понять.
– А ты не догадываешься?
– Нет, – сказала я, задумавшись и начиная раздражаться.
Он резко вздохнул.
– О, Джанна, ты все еще думаешь как девственница.
Я уклонилась, когда он попытался привлечь меня в свои объятья.
– Не смейся надо мной, Калеб.
Он перестал пытаться обнять меня, и насупился.
– Я не собираюсь извиняться за то, кем был до встречи с тобой, Джанна.
Мой взгляд четко выражал то, что я не настолько глупа. Меня взяла досада.
– Я не прошу тебя об этом. Я просто хочу знать, что означает эта чертова татуировка.
– Подумай-ка получше. Кто, скорее всего, увидит это тату и в какой позиции она
будет?
8 Я намеренно использовала это выражение. Можно было перевести дословно как «щелкнуло». Но
мне захотелось не просто сделать перевод, а обратить внимание читателя на одноименный фильм. «И все
прояснилось» (или «И все осветилось», тут уж на вкус переводчика) – это картина, построенная
33
Шок. Подбираю челюсть.
– Это очень дурно, Калеб.
Гримаса на лице и то, как всё его тело напряглось, это знак: он ожидал подобного
заявления.
– Ты знаешь, кем я был до встречи с тобой.
– Сексуально зависимым придурком? Сколько девушек встало на колени, чтобы
увидеть это тату?
Он нервно потер подбородок.
– Не то, чтобы много. Я сделал тату всего шесть месяцев назад.
Я безрадостно засмеялась, желая, чтобы это было просто кошмаром.
– Даже не знаю, что и думать. Я имею в виду, я знаю, кем ты был. Просто не
ожидала, что передо мной нарисуется подобное! – И указала туда, где отвратительная
татуировка снова была прикрыта простыней. Первый раз в жизни я была оскорблена
словом «привет».
– Большое дело, Джанна. Это просто тату.
– Это важно, Калеб, и меня бесит, что ты выставляешь всё так, словно
воспринимаю это как какая-то слишком нервная подружка!
– Эй, ты сказала это…
Встав с кровати, я повернулась к нему лицом.
– Ты не должен был делать эту тупую татуировку!
Его лицо застыло, и он соскользнул с кровати, схватил свое нижнее белье с пола и
надев его двумя резкими движениями.
