Тот, кого они так долго искали, наконец, повернулся, отлип от стены и забился в угол, на покрытом седой бородой лице сверкали голубые глаза. Глаза человека, загнанного в угол и способного на все.
– Возьмешь, – процедил Антон, сейчас они со стариком были в одинаковом положении, оба боролись за жизнь – еще как возьмешь, черт проклятый! Я почти умер…
– Нееет! – и старик сжался, обхватив голову руками, как будто это могло спасти его от всех бед, – неет…
– Эй, а ну проваливайте! – грозно сказал мужчина со шрамом, вдруг снова обретя дар речи. – Сучье вымя, плохого они не хотят…
– Стоять на месте, – властно сказала Аннета, занимая позицию между Антоном и двумя бездомными и демонстративно сунув руку в сумку. Камень тут же удобно лег в ладонь. – Мы – представители закона. Ведите себя спокойно, и никто не пострадает.
Рита, немного оправившись от шока, тоже пришла в себя и встала рядом с подругой, так же демонстративно сунув руку в сумку. Правда, в отличие от Аннеты, она не была до конца уверена, что сможет пустить камень в ход. Она была из другого мира и другого теста.
– Менты, все таки, – проговорил усатый и сплюнул на землю, – а что мне мешает вас порешить прямо тут, и закопать подальше…
– Никого ты не порешишь, – уверенно заявила Аннета, – менты – это как клан, за своих они любому жопу порвут. Ты думаешь, тупая твоя башка, что мы сюда тайком пришли? Нет, нас будут искать.
– Я могу прямо сейчас позвонить в отдел, – вдруг подала голос Рита, доставая телефон и отходя на шаг к коридору, – могу даже видео трансляцию устроить. Если рыпнитесь, я просто выбегу и через 5 минут тут будет куча наших. По горячим следам, так сказать.
Двое переглянулись, явно обдумывая перспективы. Рита и Аннета одновременно молились, чтобы у них еще хватало серого вещества, чтобы понять, что ситуация не в их пользу. Но ведь они могли давно пропить остатки разума, а безумцы тем и опасны, что им все равно.
Антон же не мог думать ни о чем, кроме старика.
– А чего врали тогда, – через несколько бесконечных секунд устало выдохнул усатый. Сражение было окончено. Они проиграли.
– Надеялись, вы по-человечески понимаете, – сказала Аннета, не сводя глаз с парочки бездомных. – А теперь, будьте паиньками, сядьте на свои места и дайте нам поговорить.
– Ишь, раскомандовалась, командирша, – проворчал мужчина со шрамом, однако оба послушно сели на свои места, одинаково сложив руки на коленях и уставившись в пол.
Девушки остались на своих местах, Рита – готовая бежать и звонить в полицию, если что, Аннета – задержать тех, кто обитал в убежище. Антон ничего этого не замечал, он продолжал наступать на старика, съежившегося в углу и скулящего, как побитая собака. Он вдруг понял, что разозлился…нет, не просто разозлился, он
Антон никогда в жизни не испытывал ничего подобного, он даже не подозревал, что способен на такие эмоции. И теперь какой-то крошечный сторонний наблюдатель в его голове, нетронутый этим ослепляющим гневом, наслаждался каждой секундой, потому что впервые в жизни чувствовал абсолютную свободу и дикое удовольствие от распирающей энергии и возможности дать ей выход, пропустить через себя.
– Ах ты падаль, – процедил этот новый Антон, в жизни не называвший человека такими словами, – решил мне ее подсунуть?! Самым умным себя возомнил?! А этого ты, должно быть, не предвидел, да, ублюдок?!
Старик не смотрел на него, продолжая вжиматься в бетонные плиты, он как будто на самом деле усох или сложился, только неизменный бежевый плащ стелился по грязному полу ночлежки.
– Ну ничего, – зловеще шептал Антон, подходя все ближе и засунув руку в карман штанов, монета, нагретая теплом его тела – его умирающего тела – тут же скользнула в ладонь, как будто хотела вернуться к прежнему хозяину. – Сейчас я верну тебе должок. С меня хватит, я уже нахлебался этого дерьма…
– Нет! – еще раз слабо выкрикнул старик, – пожалуйста, не надо!
Его приятели, сидящие на полу под бдительным оком Аннеты, переглянулись. Во взглядах обоих читалось полное непонимание происходящего.
– А мне надо? – взорвался Антон, он не кричал – орал. И тоже впервые в жизни. – Гребаный козел! Мне это надо?!! Обо мне ты подумал, когда давал ее мне?!! Что я тебе сделал?!! Что?!! В чем я виноват?!!
Он размахнулся и пнул ногой полу плаща, будь он другим по природе, наверняка ударил бы самого бездомного, но, крошечный наблюдатель в его голове, так и не утонувший в раскаленной лавине гнева, направил ее в безопасное русло. Пока он мог это делать, но за будущее не ручался.
