Как будто в подтверждение ее слов раздался оглушительный раскат грома. Все, включая водителя, вздрогнули, Рита тихонько вскрикнула, и Антон взял ее за руку. Этот день я точно не забуду, подумал он, и ведь он еще не закончился.
– Дернул меня черт связаться с вами, – пробурчал водитель, – точно говорят: жадность фраера сгубила.
– Да ладно вам, – фыркнула Аннета, – «рассказывайте», как чудесно и светло проходят ваши будни. Везде примерно одно и то же, где-то получше, где-то похуже. Тоже мне, водитель небесной колесницы.
– Ну, ствол на меня еще никто не наставлял, – водитель злобно зыркнул на Аннету, – а если сейчас в меня кто-нибудь коктейль Молотова швырнет, кто будет отвечать за машину? Вы? Тачка – моя, личная, мне в офисе скажут, мол, ничего не знаем, сам где-то вляпался. И концов не найдешь, а все из-за этой поездки.
– Ну, никто пока ничего опасного в нас не кидал, – вмешалась Рита. – А если и кинет, и мы тоже пострадаем, так кому нам предъявлять возмещение ущерба? Мы ведь пострадали в вашем такси, а пока мы в нем – за наши жизни отвечает водитель, то есть – вы. Это глупый спор, лучше довезите нас побыстрее, и распрощаемся.
– С радостью, – буркнул водитель и снова замолчал.
Они опять петляли по улочкам, некоторые были короткими, другие тянулись через весь район и имели множество ответвлений. Они видели подростков, курящих и пьющих, видели мамаш с синяками на лицах, тащащих ревущих и таких же побитых детей, видели стариков, роющихся в ржавых мусорных баках. Этот район должен называться Депрессия или Безнадежность, думал Антон, переводя взгляд от одной унылой картину на другую. На одной улице стайка детей-дошкольников обкидала их такси градом камней, благо все они были маленькими, не больше ногтя. Никто, включая водителя, никак это не прокомментировал, они постепенно привыкали к местному «гостеприимству». А мне Три Моста казались адом, со стыдом думал Антон, да там – сплошная интеллигенция. Тогда в Александрите, наверное, люди переодеваются к обеду и обращаются друг к другу не иначе как «сударь» и «госпожа», подумал он и улыбнулся. А в центре, значит, вообще живут только полубоги, питающиеся амброзией и возлежащие на облаках.
Машина резко остановилась, выдернув Антона из размышлений.
– Всё, приехали, – мрачно сообщил водитель, но в голосе явно слышалась радость.
Антон посмотрел вперед, дорога была перекрыта двумя сцепленными сгоревшими машинами. За ними улицы пребывала в полном хаосе, мусор и какие-то обломки валялись повсюду, стекла в домах были выбиты, покореженный велосипед лежал прямо посередине проезжей части, как дохлое животное на поле боя, повсюду виднелись кирпичи и битые бутылки.
– Что это? – недоуменно спросила Рита, – тут, как будто, война прошла.
– Война и прошла, – буднично сообщила Аннета, – местные группировки что-то не поделили. Тут такое бывает.
– Вылезайте, – водитель заметно нервничал и уже не скрывал своего нетерпения, – дальше я не поеду. И никакого «там можно в объезд». Это точка. Всё. Платите и убирайтесь.
Аннета несколько секунд смотрела на него, пытаясь понять, есть ли у них шанс проехать оставшуюся часть пути на машине, а потом, поняла, что нет и, вздохнув, полезла за кошельком.
– Я плачу, – Антон потянулся вперед и убрал ее руку. – Ни слова, просто выходи.
Аннета проиграла во второй раз.
– Мужчины! – она закатила глаза и вышла из такси.
Глава 8
– Думаешь, там все еще опасно? – Спросила Рита, когда они втроем стояли на обочине, провожая взглядом стремительно удаляющееся такси, как брошенные дети.
– Волне возможно, – пожала плечами Аннета, – если бы этот козел не сдрейфил, было бы гораздо безопаснее. А теперь придется идти пешком по линии фронта. Благо, тут уже недалеко.
Девушки одновременно вопросительно подняли глаза на Антона.
– Я смогу, – сказал он и в тот момент он не врал, адреналин на время подавил болезнь и слабость. – Давайте не будем терять время, мне кажется, это не лучшее место для туристов.
– Нам туда, остряк, – и Аннета зашагала к следующему повороту.
Поднялся ветер, свежий и холодный, он пах влагой и ясно давал понять: до начала грозы осталось совсем чуть-чуть. Деревья – высокие тополя, растущие по обеим сторонам улицы, – тревожно шелестели при каждом порыве, как будто советовали трем путникам поторопиться, не испытывать судьбу.
– Похоже, будет град, – сказала Рита, щурясь от ветра, несущего пыль, – хотелось бы успеть до начала этого Армагеддона.
– Если немного прибавим, – Аннета шла впереди, низко опустив голову, – лишь бы не встретить никого из местных, вот тогда точно будет Армагеддон.
В такую погодку – вряд ли, с надеждой подумал Антон, стараясь изо всех сил не отставать, и при этом не слишком нагружать больное колено. Ветер дул прямо в лицо, толкал назад невидимой мягкой рукой, в которой, тем не мене, чувствовалась огромная сила. Дремлющая пока сила. Где-то уже совсем близко раздался очередной раскат грома, как будто небесную ткань разрывало какое-то чудовище, рвущееся в этот мир.
