Антей не успел возразить – слушать его отказы было уже некому, датчик системы жизнеобеспечения на доспехе Волка погас, и вместе с этим пришло чувство какой-то сиротливой пустоты. Все еще стоя на коленях возле тела, Антей держал в руках передатчик и не понимал ровным счетом ничего. Вокруг него мелькали смазанные тени – Волки продолжали драться, похоже, даже не заметив, что остались без командира. Или заметили, но не могли позволить себе прерваться – врагов было слишком много.
Он был растерян. Впервые в жизни на него, происком злого Вюрда, свалилась ответственность за жизни нескольких боевых братьев, а он – всего лишь неполноценный щенок в этой стае. Как такое могло случиться?
Он не знал ничего. Даже имен Волков, с которыми его так связала судьба. Будь здесь Сигурд – он с радостью бы свалил на младшего брата эту сомнительную честь, но его не было, и нужно было как-то сообщить Волкам о гибели их вожака, передать командование, нужно было вообще что-то делать. Но что?
Снова, как и часто до этого – всё решил случай. Некогда было разбираться, кому передавать командный вокс – к их позиции уже приближались десятки выпущенных врагом крылатых смертей.
Его голос, ворвавшийся в канал связи, прозвучал каким-то чужим даже для него самого, он просто сделал то, что должен был. Он не ожидал, что это сработает, но Волки подчинились безоговорочно. Лишь пятерых накрыло взрывом первой волны ракет. К счастью – не смертельно. К несчастью – шквальный огонь сводил на нет попытки подобраться к ним, чтобы спасти их.
Антей прижался к камням, глядя на беспомощных боевых братьев – их спасали лишь крупные валуны, его – скальный навес, да и то – до следующего разрыва ракеты, когда какой-то осколок удачно угодит в сочленение доспеха или найдет слабый участок брони. Где-то всё еще сражались остальные.
В вокс-канале царили шум и неразбериха – он был командным, и туда приходило море сообщений, в которых разобраться без опыта было нереально, да он и не старался. Он слышал отдаваемые приказы о перегруппировке, но сам командовать не решался.
В какой-то момент возле него возник один из Волков, и он попытался передать ему вокс, но тот лишь отмахнулся, пренебрежительно бросив:
- Он выбрал тебя.
Он исчез в облаке пыли, выбиваемой снарядами из земли и камней, спустя время раздалось его довольное рычание и визг цепного меча – ничто не смущало этих воинов, каждый из них вполне мог драться в одиночку, заменяя собой маленькую армию.
Антею было страшно, но не за себя. Он выкатился кубарем из-под защиты карниза, когда рядом снова мощно грохнуло. Оказавшись снаружи, он увидел, что по камням карабкаются, почти неразличимые под слоем пыли, зеленокожие. Они подбирались молча и были некрупными, несли мало вооружения – идеальные диверсанты.
Страх ответственности сменился злобой. Мерзостные ксеносы пытались добраться до спин его собратьев? Что ж. Они не учли, что кто-то смотрит в их сторону.
Он не стал активировать меч – он бы выдал его разрядами силового поля. Это оружие и без того могло наносить большой урон – он умел им пользоваться.
Увидев врагов, он уже не думал о безопасности. Пригнувшись, он так же тихо пошел вперед, почти пригибаясь к земле.
Раненых было не пятеро – он ошибся с первоначальными подсчетами. Их было восемь, трое, бывшие без шлемов, погибли сразу, потому он их и не заметил. Под ними растекались лужи крови. Еще один лишился своего шлема, видимо, уже после взрыва – он сейчас молча наблюдал за Антеем. Остальные были оглушены и молчали, они видели, что Волкодав идет, как почуявший добычу хищник, но помочь ему пока не могли, хотя и пытались подняться. Это была война, и они не позволяли себе насмешек – для них еще будет время, если они выживут.
Заметив взгляд Антея, воин без шлема кивнул. Ко всему прочему – ему оторвало руку, и он сидел, привалившись спиной к камню. Жизнь была вне опасности – системы доспеха работали в полную силу, а значит, пока он жив – он боец. Он подтянул к себе валявшийся на земле болтер, приготовившись прикрыть воина, над которым в стае не успел посмеяться разве что ленивый.
Он не выдал себя до того момента, как ксеносы с визгом бросились вперед – все же, их уровень дисциплины не дал им шанса добраться до сражающихся. Почуяв кровь и заметив еще живых врагов, они поторопились.
Заплатить за спешку им пришлось жестоко. Не было больше нужды таиться.
В облаке пыли в полный рост поднялась фигура человека, закованного в тяжелую броню. Блики светила, все же пробивавшиеся к металлу сквозь облака пыли, больно резанули глаза. Мгновением спустя, в его руке полыхнул, словно факел, смертоносный клинок – силовое поле сжигало мелкую взвесь пыли, и меч казался объятым огнем.
