- Не первая. Любую девушку, которую подозревали в наличии силы, привозили в замок. Но дар проснулся лишь в шестнадцати феях до тебя.
- Внушительная цифра, - осторожно замечаю.
- Ни одна из них с тьмой не справилась, - донельзя печальное.
- Как это?
- Все феи, приводимые в этот замок, умерли, леди, - холодно поясняет лорд. – Все до одной. Мой прадед, не сумевший уберечь себя от болезненной влюбленности и потерявший любимую, положил конец этой череде смертей. Вот уже сто пятьдесят лет в этот замок не привозили ни одну фею.
- А Эрдик… - наконец догадываюсь.
- А Эрдик спятил от своей смелости.
- Но почему? Почему он и леди Анабель вдруг решили нарушить приказ?
- Грань удерживать всё тяжелее, - глухое.
- А как могли помочь феи? Почему их…
- Неважно, - вдруг резко обрывает меня Бадлмер. – Вы в любом случае пробовать не будете.
- Кристиан, Гретэль не такая как другие…
- Уилфред, я всё сказал!
Судя по манере разговора, спор разворачивается не первый раз.
- А меня вы спросить не хотите? – раздраженно прищуриваюсь.
- Нет, - тут же следует не менее раздраженное.
- И почему это?
- Когда я вас из озера тонущую вытаскивал, вы почему-то не спрашивали, зачем я это делаю.
- А женились тогда на мне зачем? – цежу сквозь зубы.
- Неважно.
- Кристиан!
- Я хочу знать! – одновременно с Уилфредом выкрикиваю.
Поморщившись, Бадлмер всё же отвечает:
- Все феи гибли после того, как теряли свою силу, а теряли они ее по разным причинам и с убийственной регулярностью. Опытным и весьма горьким путем, мои предки поняли, что после инициации дара ваш организм не может больше жить без магии. Если бы вы по неосторожности или на сильных эмоциях где-то погасили свою искру, то умерли бы.
- Так вы поэтому не хотели, чтобы мой дар просыпался, - задумчиво тяну, не слишком испугавшись. - А сейчас я значит не умру? – удивленно интересуюсь.
- Нет.
- Почему?
- Догадайтесь, - сквозь зубы.
- Вы отдали мне часть своей магии! – вдруг вспоминаю свадебный ритуал. – Но… если Грань удерживать всё сложнее… вы поэтому сегодня не справились?
- Я всего лишь был невнимателен, - цедит лорд.
- Ты не бываешь невнимателен, - подозрительно невинно замечает Уилфред.
- Я… - очень-очень злое. - Был несколько… рассеян.
- Из-за моей поездки в деревню? – случайно думаю вслух.
- О да, конечно, - фыркает Бадлмер, отводя глаза. – А еще все закаты и рассветы происходят исключительно из-за вас, леди Гретэль.
Вот же!
Разворачиваюсь на каблуках, чтобы уйти, но в спину мне несется неожиданно спокойное:
- Как вы понимаете, очередной несчастной, запертой в замке феи мне не нужно. Выдержим положенный по правилам приличия срок, и я дам вам развод.
Хлопаю дверью!
- Кристиан, ты ведешь себя как упрямый баран! – разгневанный голос дворецкого доносится из-за снова приоткрывшейся от силы удара двери. – Зачем ты обижаешь девочку?!
Плюнув на совесть, остаюсь стоять в коридоре.
- Сколько раз мне повторять: не лезь! – тоже на повышенных тонах отвечает лорд.
- Буду лезть! Буду! Ты слеп как котенок! Гретэль не такая, как остальные феи, она особенная!
- Мой прадед тоже так думал! И прапрадед до него! Что в итоге?! Сколько могилок ты каждый год обхаживаешь?! Со скольки погребальных венков снег стряхиваешь? Не допущу, чтобы Грета тоже легла там, слышишь?! И гори огнем это проклятье, не я первый, не я последний!
- Ты дал ей свою магию!
- Это было лишь предположение! Откуда нам знать, что дело именно в магии, а не в даре как таковом?!
То есть это при мне они были во всём уверены, а на самом деле точно ничего не знают. Ну спасибо, что хоть попытались успокоить.
- Можно не пробовать восстановить баланс, можно просто жить, мой мальчик! Жить счастливо, вместе с Гретэль, в добре и согласии! И тогда, кто знает, может, проклятье исчезнет само!
Да о каком проклятье они говорят? Оно всё же есть? Где в конце концов в их словах была ложь, а где правда?
- Хватит уже этой вечной череды ошибок, - голос Бадлмера прозвучал неожиданно глухо, и мне пришлось плотнее приникнуть к двери. - Раз за разом история повторялась: феи погибали здесь, не желая принимать свою участь и чувства моих предков. Каждая или через одну пытались бежать и ни разу ничем хорошим для них это не заканчивалось. Довольно. Она уедет отсюда и проживет нормальную жизнь, а я женюсь на какой-нибудь очередной меркантильной нищенке, дам ей всё, что она захочет, а взамен получу сына.
- Твоя мать не была меркантильной нищенкой, и ты родился самым сильным представителем рода. Кристиан, проклятье будет раз за разом возвращать историю в одну и ту же точку. Рано или поздно этот круг придется разорвать.
- Пусть это прозвучит эгоистично, но я не готов брать этот прорыв на себя, поставив на кон жизнь Греты. Нет, Уилфред. Ни за что, только не она.
- Тогда и никакая другая, - совсем тихое. – В твоей жизни точно.
- Значит, воспитаешь еще одно поколение Бадлмеров, - ироничная усмешка. – Может, мой сын окажется смелее.
- Гретэль имеет право знать. Это и ее история тоже, а ты, как всегда, решил всё сам.
