После удачно сложившейся ночной «вылазки» Ивонн, не в пример другим ночам, в которые видела пророческие сны, выспалась довольно неплохо. Она была бесконечно благодарна Николя, который не только подоспел вовремя, но и стал решающим фактором в переломный момент.
Несмотря на то что Ивонн по-прежнему охватывало беспокойство за дочь при каждой мысли о том, на что способен демон, если его разозлить и не дать того, что ему нужно, она тем не менее была воодушевлена: наконец-то их методы начали давать положительный результат. А значит, есть ощутимый шанс в ближайшую ночь положить конец её многолетним испытаниям, решив исход в их пользу.
Размышляя таким образом над привычной чашкой крепкого утреннего кофе, Ивонн получила СМС от Кристи, что Патрик нашёлся, но пребывает в каком-то странном состоянии, толком ничего не помнит из прошедших двух суток, тем не менее он в добром здравии и относительно неплохом настроении.
На душе у женщины отлегло, она залпом допила ароматный бодрящий напиток и уединилась в своей комнате, чтобы окончательно настроиться на собственную роль в намеченном вечернем действе, к которому они все так долго и упорно готовились.
Больше ничего не предвещало беды, всё складывалось неплохо, и к чему бы ни привело их сегодняшнее путешествие, это было всё равно гораздо лучше, чем прятать голову в песок и многие годы жить в постоянном ужасе перед тварью, которая не собиралась оставить её в покое.
***
– Тома, вы привезли большие чёрные свечи с полынью, о которых я вас просил? – голос Федерика вывел Ивонн из глубоких раздумий.
Сейчас, когда до восхода луны оставалось менее получаса, она вдруг впала в какое-то меланхолическое настроение, ничего не хотелось делать.
С интересом наблюдая за присутствующими, Ивонн про себя отметила, что все участники предстоящего ритуала в основном неторопливы, угрюмы и сосредоточены, и только Тома ле Пон почему-то весел как никогда.
Он то отпускал неуместные шутки по поводу внешнего вида Софи, то поправлял и без того идеально лежавшее на ритуальном столе покрывало, то вдруг, как будто что-то забыв в своей комнате, срывался, убегал, возвратившись с пустыми руками, снова куда-то убегал, наспех извиняясь перед всеми за свою рассеянность. Такая излишняя суетливость показалась Ивонн странной, но она не придала этому должного значения, изо всех сил стараясь справиться с апатией и настроиться на нужный лад.
Тома наконец принёс две чёрные массивные свечи из натурального воска, нарочито помпезно водрузил их на не менее увесистые канделябры и, дав Ивонн знак глазами: «Готово, можете приступать», встал на своё место справа в верхнем углу пентаграммы, где по схеме Федерика, намеченной для ритуала, должен был вскоре расположиться предмет, символизирующий стихию воздуха.
Софи не заставила себя ждать, она тут же поставила рядом с Тома небольшого размера котёл, наполненный до краёв «букетом» высушенных веток, листьев и травы, состав которого был известен только ей одной. В нужный момент ей оставалось только подкинуть в него пару небольших угольков от центрального костра, чтобы сухие растения, немного смоченные тайным защитным отваром трав, начали дымить, привлекая стихию воздуха к действию.