Он что-то бормочет, и дверь за ними с грохотом закрывается. Они торопливо идут по вечернему холоду, как вдруг на подходе, завидев Дороти, растрепанную, запыхавшуюся, резко останавливаются, и Агнес, мельком оглянувшись на Джозефа, старается не думать о том, что означает его взгляд. А сама улучает момент и берет его под руку, пресекая его беспокойство, и мягко уводит за собой в залу, где весело играет музыка и танцуют сельчане, оставляя Дороти на морозе одну.
В зале к ней сбегаются подруги.
– Он уже просил твоей руки? Просил?
Агнес хмурится и мотает головой.
– Хватит. Вдруг он услышит.
Одна из них прищуривается.
– С чего вы вообще это взяли? Он ведь ходит к вам уже много лет? С тех самых пор, как умерла его мама?
Агнес отмахивается от вопроса, скрыв, как беспокойно екнуло ее сердце, и оборачивается к нему, но Джозеф на нее не смотрит.
И, проследив его взгляд, она видит Дороти.
Агнес сглатывает.
– Джозеф?
Но он уже ее не слышит, протискивается сквозь толпу, и Агнес, не в силах отвести глаз, смотрит, как нежно он берет Дороти за руку, как ведет ее в танце, какое у нее прелестное платье, как прелестно уложены волосы.
Одна из подруг тянет ее за руку.
– Агнес?
Но Агнес не может отвести от них глаз, от того, каким взглядом он смотрит на Дороти, а ведь ей до боли хочется, чтобы он так же смотрел на нее, и она отворачивается, чтобы ничего больше не видеть, и сглатывает подступивший к горлу всхлип. А потом в отчаянии цепляется за безумную надежду – вдруг для нее еще не все потеряно.
Она старается не думать наперед и берет его за плечо.
– У меня голова кружится, – говорит она. – Не отведешь меня на свежий воздух?
Джозеф на нее даже не смотрит, а хмурится и думает о чем-то своем, но она уводит его сквозь толчею танцующих на вечерний мороз, а затем подальше от двери. А сама встает у каменной стены. В рваном свете от решетчатого окна Джозеф не видит Агнес, как не видят ее остальные мужчины, в упор не видят – ни Скотт, ни ее родной отец, – а потому она берет Джозефа за руки и стискивает его пальцы в ладонях. И только тут он будто замечает ее и осознает, где он и с кем.
– Что такое, Агнес? Отчего ты так на меня смотришь?
И вопреки тому, что подсказывает ей нутро и сердце, все ее существо, Агнес тянется к нему и привлекает к себе. А затем припадает к его губам.
Из приоткрытой двери Дороти видит, как опять начинается снег, и в нежданной тишине слышит, как он приглушенно падает на крышу. Дороти стоит как в бреду. Рука ее невольно тянется к груди, будто к открытой ране. Она больше не хочет видеть Джозефа с Агнес. И закрывает дверь. Музыка стихает, все постепенно рассаживаются, разговоры смолкают, и дети усаживаются на коленях у взрослых либо на полу.
Из толпы поднимается женщина, и сельчане тут же оборачиваются к ней, а в зале воцаряется тишина. Женщина сама неприметная, и Дороти с трудом узнала бы ее на следующий день, но стоит ей заговорить, как комната вокруг тает и меркнет, а голос ее все вьет серебряной нитью предание.
