— Слушок среди тамошних наемных ходил. Как раз тогда, когда в Лирийском порту пожар случился. Поговаривали, что не просто так он случился. В ту ночь двое за золотом короля полезли, а потом морем ушли. По слухам, гвардейцы, которые за налетчиками погнались, погибли все сразу. Утонули, говорят. Но на самом деле, один служивый ещё полдня в лазарете кончался. И санитар, что за ним горшок выносил, бред услышал. И запомнил. Ну и, рассказал приятелю. Тот своему, и пошло-поехало. А я думаю себе: очень эти двое на Тишана и того белобрысого похожи. И если уж санитаришко сообразил, то дознаватели королевские не дурнее его. Могли и в мозги залезть, да портретик набросать.
Барон выслушал наемника почти равнодушно.
— Знаешь, Грай, почему я не могу в это поверить? Потому что Тишан за золотом никогда не полезет. Тем более в королевскую казну, как ты говоришь.
Грай хмыкнул.
— …ну… может за чем другим.
— Калину не золото нужно, — барон его будто не услышал. И не удержался от объяснения: трудно держать в себе тяжкую ношу, не понимая, почему она так тяжела. — Ума не приложу, откуда он узнал, что мы семейный клад нашли. Скорее всего, бывший «знахарь», которого ты тогда в окно выкинул, в доме не один раз был. Успел, видимо, просмотреть переписку и донести. По-другому никак.
— Король уже на чужие клады хавальник открыл? Помешался он на этом золоте.
— Он потребовал серебро. Большие чеканные монеты, которые Тишан просил меня спрятать, — Эльгар Райен в очередной раз дернул поводья, и конь недовольно всхрапнул. — Я их приготовил. Отложил в футляр, написал письмо другу, чтобы приехал с парой человек, которым доверяет. Хотел эти монеты передать на хранение, но так, чтобы не видеть, кто их взял. Всё ему объяснил. Он ответил, что приедет, но свалился с простудой. Отложили. Неделю назад, перед отъездом в Лирию, прилетел стриж с письмом. Друг приезжает завтра.
— Опоздал, выходит.
Барон сжал губы.
— Может, и хорошо, что опоздал. Еще ему бы досталось от королевских щедрот.
— Да, друг теперь не пострадает… — Грай достал из кармана пластинку сушеного мяса, раздраженно сунул в рот, — только ваш сын, вашблагородь, далеко не дурак.
— А ты представляешь, что могут сделать с девчонками в королевской тюрьме?! — взорвался Райен, — В них магии ни на сош! Им мозги просто вывернут!!
— Мозги им могут вывернуть и не в тюрьме, — скрипнул зубами Грай, останавливая вспышку баронского гнева, — но я знаю, что Руш учил их каким-то своим приёмам, а они девочки старательные, выучили. Смогут они сопротивляться, смогут. Хотя бы попервой. А пока их обихаживают, да вокруг пляшут, нужно попробовать их из дворца вытащить. Как я говор…
— Не выйдет, Грай. Я знаю, Ташка тебе по душе, но их охраняют лучше, чем самого короля, поверь, — барон сгорбился в седле, а наемник полез за баклажкой, впервые почувствовав, как у него от бессильной ярости трясутся руки. — Я как знал, не хотел ехать в Лирию, на душе скребло. Руш мне прямо говорил: подотрись этим приглашением. И дочерей не слушай, не иди на поводу, не к добру такое внезапное внимание к слабым семьям. А Ташка с Сашкой поноют, поплачут, перебесятся. Так нет же, уступил попрыгухам, теперь вот…
Грай оглянулся на ехавших за ними ребят, слышат ли? Но те воспитанно держались на два лошадиных крупа сзади.
— Вашблагородь, задом чую, монетами дело не кончится. И девок это дрянцо коронованное не отпустит. Надо ему от вас еще что-то. Кабы не ради наследника вашего эти танцульки и затевались. Ежели мы сейчас прогнемся, он на шею быстро залезет. И уже не слезет.
— Я не знаю, где сын, — с каким-то облегчением вздохнул барон. — Надеюсь, что он жив.
— Жив он, — заверил его Грай, — удачлив, поганец. Ох, простите, вашблаародь, не хотел. Само как-то.
Барон отмахнулся.
— Да прав ты. Удачлив, причем, с рождения. Жаль, не всем, кто вокруг него, так везет.
Один из шестерки сопровождения, совсем еще мальчишка, только-только первые усы отрастил, хлестнул лошадь и резво подскакал к Граю.
— Старш
— Да. И я почуял. Не приближаются, просто следят. Егеря. Только они так скрытно двигаются, — объяснял он скорее барону, чем подопечному, — а ты молодец, Юраш, заметил. И хорошо, что виду не показал. Подождем. Остальных предупреди, если какая каверза затеется, мечи не хватать, сразу игрушки активировать, ну, как учили. Разговаривать или в драку лезть потом будем.
Боец кивнул и сразу отстал, а Грай, не поворачивая головы, спросил:
— Разрешить любопытство, вашблагородие? Доспехи на вас? Ну, там кольчужка, кираска…
— Грай, не зуди. Доспехи и оружие при мне. Никто нас не тронет. Это скорее соглядатаи. Чтобы мы ни вправо, ни влево не свернули. Нас сейчас изо всех сил беречь будут.
— … м-гу… сейчас да…
2
