Дар. Золото (СИ) полностью

Но вначале мы заехали в Курьерскую гильдию, и я оплатил стрижа в баронство Райенов. Черканул пару строк, сообщил, что у меня все замечательно, и так далее. Много расписывать не стал, маги-воздушники за скрутку большого письма могут содрать немало, но все-таки не описать главных событий не мог, а потому заплатил столько, сколько просили. И стриж улетел при мне, подстрахованный воздушной магией.

Машка жевал сушеную рыбешку, которую ему презентовала Тилла за завтраком, моментально понявшая, что наемник к рыбе неравнодушен. Она же собрала нам продуктов на дорогу, игнорируя мои протесты — мол, мало ли что. И, да, позавтракали мы у нее. Она разогнала местных пъянчуг, сказав им, что мы из городовых, и шустро заставила наш столик шикарными яствами, умильно вздыхая над Машкой, который поглощал всё подряд, аки оголодавший дикий волк.

День с утра моросил небольшим дождем, но к обеду тучи разбежались, и в лужах, на мощенных серым камнем улицах предгорного городка, запрыгало солнце.

Потихоньку двигаясь через город, мы пересекли богатый квартал в центре, с фонтанчиками у входов в высокие дома. Проехали мимо одноэтажных построек среднего сословия, спрятанных за невысокими кирпичными заборами. Пробрались мимо бараков бедняков ютящихся, один над одним на крутых склонах, возле взбегающих наверх улочек, и скрывающих в буйной зелени свои подгнившие стены и старые тряпки, сушившиеся на веревках.

Как ни удивительно, но южную дорогу, ведущую в горы, преграждала городская стена. Длинная и высокая, с башенками и оконцами, представляя собой серьезное фортификационное сооружение с воротами посредине — хорошими двойными воротами, обитыми листами железа, с решеткой и подъемниками по обеим сторонам. С будкой при них. С развалившимися на скамеечке, тремя страж-никами в расстегнутых гамбезонах, узких чулках с кожаными наколенниками, в башмаках из воловьей кожи и брошенными на эту самую скамейку тремя оружейными перевязями.

Машка при виде такой картины скривился, но положенный медяк в ведерко, прибитое к будке на уровне всадника, кинул. Эта, так называемая стража проводила нас глазами, лузгая семечки, но своих задниц со скамейки не подняла.

Мы выехали за город.

Если я правильно понял, то и стена и мост надо рвом, по которому мы проехали сразу после ворот — остатки роскоши былого, когда весь город окружали крепостные стены, и мелкая речушка была приспособлена вместо рва, а заодно канализации и места погребения некоторых особо неприкаянных членов общества. Времена настали другие, речушка частично изменила русло, а похоронные обряды теперь проводили подальше от жилья.

Сразу за мостом раскинулись пшеничные поля. Еще зеленые короткие колосья стелились ярким ковром, и мне было удивительно видеть собственными глазами, растущий в предгорье хлеб. Я думаю, тут без погодной магии никак не обходится, и, судя по всему, на ней бюджет не экономили. Как я знал, округ был самодостаточен, в нахлебниках у центра не значился, а даже наоборот поставлял кое-какие продукты в столицу.

Мы ехали через поле по накатанной колее дороги к видневшимся в легком тумане горам, и до леса, темневшего сразу за полями, оставалось совсем чуть-чуть. Под копыта наших лошадей заполошно выскочил заяц, присел от неожиданности и тут же умотал в стоявшие стеной колосья. А я размышлял о моем спутнике. Для простого наемника он очень много знал и, несмотря на то, что был практически моим одногодкой, успел, наверняка, и повидать немало. Бойцовские навыки были не моим чета, а когда он разговаривал — предложения составлял правильно и грамотно. А уже то, что он умеет писать (чего большинство из низшего состава наемников не умело) говорило о том, что Машка человек далеко не простой. Он и не старался казаться простым. Но, боюсь, на мои вопросы отвечать не станет. Отмахнется как всегда.

И тут я вспомнил одну книжицу, которую откопал в библиотеке, в разделе «История Вессальских сословий». Называлась она «Обедневшие сословия и дворянские рода». Читал я ее без интереса. Просто листал. Но, оказывается, кое-что запомнил, и решил начать издалека:

— Маш, а откуда ты знаешь о баронате Райенов?

Машка выбросил обглоданный рыбный скелетик в сторону.

— Читать люблю. И по стране помотался. Выучил где что находиться. И у кого.

— Тебя даже количество предков интересовало?

— Не без того, — парень отвечал равнодушно, будто сто раз это делал.

— И память у тебя хорошая, да? — иронию в моем голосе сложно было не заметить.

Он посмотрел на меня насмешливо.

— А как же!

— А может дело не в памяти? — спросил я, и он покосился на меня с любопытством. Мол, что я еще сейчас придумаю, — Может разрушенный фамильный замок Расов это далеко не всё, что осталось от рода, который не менее двух сотен лет владел северной оконечностью хребта Росс и основал город Сурья, в котором находился их фамильный склеп? Разграбленный, кстати, во время последней войны с эльфами.

Машка молчал. Потом вздохнул: