Аюшта ощущала вдохновение птицы, бесконечно преданной ей, – и оттого дриаде становилось не по себе. Пальцы плотно вцепились в древко копья. Дыхание сбивалось, перед глазами плыло. Никаких сомнений, никаких чувств! Не должно быть никаких ни чувств, ни сомнений, ничего не должно быть! Но вся душа безмолвно кричала изнутри – и этот отчаянный крик слился с воплем дикокрыла. Существа, уже обреченного на смерть, даже если вражеская сталь или магия его не коснется.
Как и все, кого удалось приручить.
А там, там внизу, на реке, уже столкнулись – в который раз? – в зверской схватке двое разъяренных существ, от которых за версту несло ненавистью и жаждой крови. Чистая ещё пару мгновений назад вода мгновенно окрасилась кровью. Эти двое рвали друг друга как безумные, а вода уже закипала – к ним приближался Несущий Смерть, демон с полыхающим мечом. Вода уже ждала своего хозяина – и с другой стороны к двум схлестнувшимся неслась гигантская волна с зелёными сияющими камнями глаз. В любой момент мог выскользнуть из теней Гондар, чтобы нанести короткий, но критический удар. Кошмарный силуэт Собирателя Душ, от одного воспоминания о котором сжималось сердце, уже виден был на противоположном берегу.
Дриада не сразу заметила последнего прибывшего – колдуна в надвинутом на лицо капюшоне, не скрывающим разве что усмешки на лице, она видела в первый раз. Сейчас тот казался еле заметной тенью у скалы. Тенью, медленно поднимающей посох.
Аюшта кинулась вниз, пытаясь успеть, пытаясь практически пролететь в один прыжок всю скальную лестницу. Вниз, к реке.
Ветер, дикое торнадо, созданное её ручным дикокрылом, сопровождало её…
Дриаду же сейчас нес жесткий ураган, сметающий всё на своём пути – и это было кошмарное чувство.
А потом была резкая сильная боль, мощная и взорвавшаяся по всему телу. Аюшта не сразу даже и сообразила, что это не её собственная боль, а лишь слабый отголосок чужой агонии, в какой-то миг переставшей быть чужой.
Всего лишь мгновенная замешка, один пропущенный удар – и вот ты уже захлебываешься, вмиг оказавшись под водой.
Сознание проваливалось в темноту, пока он отчаянно цеплялся за жизнь. Хотя бы один глоток воздуха, а не раскаленной воды и собственной крови! Тролль ещё пытался отбиваться, скинуть с себя противника, но тело уже едва слушалось. Стригвир коленом припирал его ко дну, не давая не то что подняться, даже вынырнуть. Острая боль плясала по всему телу, и невыносимо плохо было от зияющей огромной раны, кровь из которой хлестала фонтаном, растекаясь в воде. Мыслей не было. Ничего не было. Лишь ослабевающие попытки выжить. Просто выжить. Просто вдохнуть воздуха.
Хотя с такой раной он долго не протянет.
Рядом уже схлестнулись вновь Морфлинг и Люцифер, кто-то ещё был рядом, возможно, Гондар, возможно, кто-то из врагов…
Он уже ничего не чувствовал, когда где-то над водой пролетело сияющее копье, врезавшееся в мгновенно и очень громко взвывшего Стригвира.
Злорадство напополам с болью были последними перед тем, как Джа’Ракал потерял сознание.
С блуждающей на губах усмешкой Ланник смотрел, как тонкие красные пульсирующие нити связывают его противников. Боль каждого из них передавалась другим, сковывая их одной цепью страдания.
Демнок хорошо знал на своей шкуре, что такое эти цепи: чтобы в полной мере наслаждаться чужой болью, мало уметь причинить её – надо знать её самому. И сейчас это сжигающее пламя чистой боли отголосками прыгало между его врагами.
Ураган, вызванный дикокрылом, влетел на воду, вскипающую под ногами. Пылающая река – и вместе с тем мощный ветер, мешающий прицелиться, сбивающий с ног. Отвратительное сочетание для обеих сторон, оказавшихся в одном бурлящем адском котле. Сражающиеся на реке даже не заметили, как скользнул в тени Невермор, растворяясь в воздухе. А его присутствие уже разъедало души, подтачивая их изнутри, наполняя страхом.
Но это было лишь самое начало, лишь возня на песочных берегах.
Вот сверкнуло копье Аюшты – сияющее древко пробило грудную клетку Стригвира насквозь, выйдя окровавленным концом из спины ищейки. Пока Ищущий Кровь пытался усилиями, нереальными для смертного, удержаться на ногах, дриада кинулась вниз, пытаясь оттащить тролля, потерявшего сознание и чуть не захлебнувшегося в воде. Тело дриады – этого получеловека-полулани – было крайне неудобным для быстрых действий и уж тем более, когда кого-то надо было поднять из воды. Но Аюшта действовала быстро, даже несмотря на то, что по лицу уже катились слезы от передающейся ей кошмарной боли.
