Гертруда училась справляться с новорождённой дочерью. Совмещать руководство ковеном, контроль над обучением новых учениц, решение конфликтов между ведьмами, отчётность перед династией Бёргригов и заботу о младенце, удавалось с трудом. Верховная ведьма сбилась со счёта, сколько кругов обошла по маленькой, но уютной детской комнате, чтобы дочь, наконец, уснула. Гертруда отказывалась от любой помощи, и доверяла Аваиру лишь отцу, но тот бывал в Крополисе крайне редко. Подруги уговаривали женщину, убеждая, что у всякой ведьмы есть помощницы по воспитанию, но Гертруда привыкла принимать решения, опираясь лишь на свои личные убеждения. С момента появления малышки, она твёрдо решила, что никому не доверит растить её дочь.
Ведьма испуганно подпрыгнула, замечая Двуликую женщину в углу детской.
— Я рассчитывала, что ты ещё долго не появишься.
Гертруда отвела взгляд, убирая ткань с лица хнычущей Аваиры.
— Я оставила на окне букет подснежников. На языке цветов, они пророчат новую жизнь, — не раскрывая губ произнесла Двуликая.
— Достаточно иронично получить их от тебя, — ведьма фыркнула. — Я бы пожелала принять в знак подарка ещё месяц твоего отсутствия.
Двуликая молчала, разглядывая Аваиру.
— Но раз уж ты пришла, — Гертруда провела по черным волосам уже уснувшей девочки, — может, скажешь что-то о ней?
— Её судьба — жизнь во дворце. И ты сделаешь всё, чтобы Аваира попала в столицу.
Верховная замерла и побледнела.
— Аваира займёт моё место. Крополис — её дом! Я не позволю ей ввязаться в дворцовые интриги, где чуть что, её казнят, обвиняя в грехах, и сделав жертвой грязных игр. О, я знаю, как там всё устроено. Нет. Никогда я не приложу руку к такой её судьбе. Разве что сделаю всё возможное, чтобы жизнь её никогда туда не привела.
Двуликая ухмыльнулась.
— Ты сама задала вопрос. Я лишь поздравила тебя честным ответом. Если ты не готова к нему — не спрашивай.
Гертруда отвернулась.
— Что связывает мою дочь, месяца отроду, с проклятым семейством Бёргиригов?
— Я не говорила, что с семейством.
Ведьма обернулась, вглядываясь в равнодушное лицо Двуликой. Та кивнула, прощаясь, и исчезла, так же бесшумно, как и появилась. Гертруда наклонилась над спящей Аваирой и погладила её по голове.
— Вот бы ты мечтала о птицах в садах Сиарита, о платьях из лавки мадам Акифы, что в Сателлите, ненавидела книги, и плохо запоминала значение магических камней. Хоть бы ты стала мечтательницей. Как бы я хотела, чтобы ты не стала такой, как я.
Гертруда повязала над кроваткой Аваиры небольшой малахит на кожаном шнурке и тяжело вздохнула. В глубине души она знала, что самые глубокие страхи нашего сердца всегда сбываются, а значит, ей ещё предстоит война с маленькой копией себя.
***
Не шевелясь, Аваира сидела за столом, пока Амалия нервно расхаживала по комнате. Дирт, опираясь о дверной косяк, переглядывался между беспокойным лицом Александра и не сводящим глаз с Амалии, Марком.
– Это был точно он. Туман. И там, среди гостей, каждый из нас видел его, – ещё раз произнесла магичка, как будто убеждала саму себя, а не присутствующих.
Аваира прищурилась и уверенно проговорила:
– Теперь мне ясно, отчего я так и не смогла никакими путями попасть к Сигурду.
– Наконец-то я понял, кем был послан тот Варринг в столице, – Александр закатил глаза. – Долго не мог уложить в голове, кто заказал его. Но смущало даже не это. Почему после неудачи, попыток никто не повторил? Кто-то очень не хотел, чтобы его личность раскрыли, верно, sorror?
Аваира недовольно свела брови:
– Нам нужны списки всех, кто был на балу. Дирт?
– Не уверен, – наёмник мотнул головой. – Пирома просить больше не могу.
– Может попробовать поговорить с Имашем? – магичка остановилась.
Александр цокнул языком.
– Говорил, не друг он. Не может им быть. Да и что ты ему скажешь? Ваше Высочество, у тебя под боком Туман? И когда он спросит, пришла ли ты примириться, или снова что-то нужно, то тебе и вправду снова…
Амалия закусила губу, хватаясь пальцами за подвеску в виде веера.
– Поняла я. Но и принц чуть ли не единственный кто может хотя бы приблизительно догадаться, кто во дворце самый влиятельный, подозрительный и странный, – магичка почесала висок и резко опустилась на стул. – Например, Пиром… у меня от него мурашки.
Повисла тишина. Аваира думала.
– Туман показал мне рождение сына, – глядя на серые лица друзей, продолжила Амалия. – Вернул то воспоминание. Он сделал это только ради того, чтобы принести боль. Только ради того, чтобы отыскав Эвана, сделать мне ещё хуже. И будем честны, он найдёт его быстрее. И сделает.
Говорить было нечего. Каждый из присутствующих здраво оценивая сложившуюся ситуацию и произошедшие события, прекрасно осознавал, что шансов победить Тумана, гораздо меньше, чем побороть чёрного духа. Вспоминая, сколько жизней было отдано лишь на единого слугу Тумана, тяжело было осознавать, сколько смертей придётся увидеть, столкнувшись с Владыкой чёрных духов.