В другой руке держу телефон и набираю сообщение парням на рассылку: шум сзади дома.
Затем выключаю свет на кухне и крадусь к двери. Затаив дыхание, прислушиваюсь. По-прежнему ничего не слышно.
Осторожно проверяю замок. Закрыто. И тут я слышу царапающий лязгающий звук откуда-то сбоку и кажется сверху.
Этот гад решил забраться на крышу?
Медленно отпираю дверь, стараясь не произвести шума, и выскальзываю наружу, прижавшись к стене. Скольжу по стене в сторону, откуда слышен звук, попутно сканируя окрестности. В наступающих сумерках все сложнее выхватывать детали.
Вижу тень, мелькнувшую за забором. По кепке узнаю Чили. Засмотревшись на него, отвлекаюсь на мгновение, и когда заворачиваю за угол, продолжая обход вокруг дома, мне в грудь упирается дуло пистолета.
Нет! Мне нужно было сосредоточиться, а не думать обо всем, что сказала Аврора.
Поднимаю глаза с дула выше и вижу ухмыляющееся лицо Матвея. Если бы это был Марат, я был бы уже мертв.
— Испугался? — тихо шепчет Матвей.
Бросаю на него взгляд «да пошел ты» и продолжаю двигаться вдоль стены, держа пистолет наготове. Матвей следует за мной, прикрывая мне спину.
Мы все привыкли к жестким шуткам Матвея, но сейчас они совсем неуместны. Однако, надо признать, что бы он ни говорил, несмотря на его подколы, он всегда максимально собран в опасной ситуации. Я знаю, что всегда могу положиться на него. Он прикроет мою спину. Спины всех парней.
Обойдя дом по кругу, мы замечаем в кустах притаившегося Илью с его любимой снайперской винтовкой. Он ловит наш взгляд, и я показываю ему пальцем на крышу над нами. Но он отрицательно качает головой.
Потом мы слышим это.
Громкий кошачий ор и глухой удар о землю. С крыши сваливаются и проносятся мимо нас соседская кошка и следом за ней большой рыжий кот с высоко поднятым хвостом.
Матвей опускает голову и его тело трясется, когда он пытается побороть смех.
Поднимаю палец и мы стоим неподвижно еще несколько минут. Ничего. Это были брачные игры кошек.
— Это та самая кошка, которая расцарапала тебе плечи, Давид? — Матвей говорит теперь в полный голос.
— На дороге чисто, — из-за забора показывается Чили. — Ложная тревога?
— Да. — Матвей убирает пистолет в кобуру.
— Или же это была ловушка. И если Марат наблюдает, теперь он знает, что мы его ждем, — выползает из кустов Илья. — Я раньше не видел здесь этого рыжего кота. Откуда он взялся?
— Я тоже. Хотя я обошел всю деревню вдоль и поперек за эти дни, — Чили взбивает кепку и надвигает ее обратно на брови. — Кстати, уже четыре дня прошло. Скоро нам придется возвращаться, Давид.
— Слишком хитрый план для него, нет, — Матвей отмахивается от них.
Хочу возразить ему, что никогда не стоит недооценивать противника, но вместо этого молча стою, с отчаянием уставившись на дом. Все летит к черту.
— Она хочет, чтобы я поменялся с кем-то из вас.
— Что? — на лице Матвея появляется злая улыбка.
— Хочет, чтобы в доме караулил кто-то другой.
— Ты плохо справляешься? Она все еще не может найти твой маленький чл...
— Но только не ты! — обрываю его. — Даже не думай об этом. И не Чили!
— А я-то чего? Я вообще молчу!
— Не она тут устанавливает правила. Если ты хочешь остаться, оставайся. Пусть радуется тому, что извлекает выгоду из чужой работы.
Смотрю хмуро на Матвея. Он прав.
— Я останусь. На эти три дня. И потом, настолько, насколько потребуется, пока Марат не объявится.
— Или пока Никита не взорвется и не заставит тебя вернуться, — Илья хлопает меня по плечу и уходит. Все парни начинают расходиться по своим местам. И я тоже. Устремляюсь туда, где мне самое место. Нравится ей это или нет.
— Эй, Давид! — Матвей возвращается и серьезным тоном добавляет: — Это была просто пиз**ц ситуация. Ты был открыт для противника. Повнимательнее в следующий раз. Я не всегда буду рядом.
Аврора
Это было три ночи назад, после того как парни обнаружили за брачными игрищами кошек вместо Марата. Три ночи я лежу одна в холодной постели (Ой, не надо драмы, Аврора! В такой летний зной и холодная постель!). Лежу одна и не сомкну глаз. Даже кошки этим занимаются! Но я не буду приглашать его обратно. Пытаюсь почитать книгу. Но это не помогает мне заснуть. Мне нужен он в моей постели. Уже полночи я ворочаюсь.
