— Гермиона! Гермиона!
— Да тише ты! Местечко явно не пустовало, пока его не завалило, — Джордж искренне удивляется, что Гермиона оказалась здесь. Да, он слышал ее голос, но не верил, пока не увидел худенькую фигурку, сжавшуюся под камнями.
— Гермиона! — вновь кричит Рон и бросается к жене. Оба они в слезах. Но Джордж уже все выплакал, в свое время. Он лишь улыбается уголком рта, удивляясь Дамблдору. Да, да, именно ему — создавшему такую странную вещь, которая все еще работает. Собирает огни и зовет Рона — и сейчас она вновь срабатывает.
Они находились в укрытии, когда еле слышно прозвучало “Рон”. Затем еще и еще — и тогда Рональд всех поднял на уши. Он был уверен на все сто процентов — он знает, где Гермиона. Артур долго сомневался, но в итоге, под умоляющим взглядом Молли, согласился отпустить его и Джорджа. Когда Малфой-мэнор оказался позади, Джордж усомнился в здравии Рона. Когда тот утащил его в болото, сомнения Джорджа усилились. А после он только удивлялся. И сейчас, обнимая их обоих, он почувствовал, что глаза предательски защипало.
Они долго стоят в объятии, пока Гермиона не слышит шаги мягких лап. Их много, и они ступают почти беззвучно.
— Рон, Джордж! Это они!
Это стая. Та же самая, и они их окружают, горбясь и скалясь, оголяя зловонные пасти. Джордж с Роном не слишком пугаются. Джордж даже чего-то подобного ожидал. И карие глаза Гермионы освещают вспышки, одна за другой: раз-два, короткие смертоносные заклятия. Она никогда не сможет так легко произнести любое из Непростительных. Но Рон и Джордж их произносят. Нет, они кричат, словно злость засела в них давно. И Грейнджер оседает на землю, прикрывая уши руками. “Больше не ищи меня, Драко. Все кончено”.
Собрание длится долго. Драко приходится быстро изучать записи предыдущих сделок, а их много. Странно, его подпись так похожа на подпись отца. И, наверное, он так же сидел за этим столом, в окружении волшебников, вампиров и нескольких гоблинов. Драко приходилось иметь дело с гоблинами, и он был готов на дюжину сделок с волшебниками вместо одной с гоблином. Сейчас их тут было шестеро, и Драко прилагал неимоверные усилия, чтобы сохранять контроль над собой и самообладание. Все это казалось столь нелепым — он сидит тут и делает бесконечные вычисления, стараясь не упасть лицом в грязь и не оказаться хуже отца. А где-то там, наверху идет война, а еще где-то Гермиона с его ребенком, которых он оставил совсем одних во враждебном мире.
— Мистер Малфой, хотелось бы напомнить, что обычно наше пребывание в Подземельях не длится больше суток. И мы бы хотели оставить это правило неизменным, — снова один из гоблинов обращается к Драко. Почти все взгляды участников заседания — а их более двадцати — устремлены на Малфоя.
— Я обдумаю это, если вы не будете мне мешать, — Малфой улыбается. С гоблинами стоит быть вежливым. — Прошу, чаю? — те переглядываются и соглашаются. Малфой выдыхает и продолжает делать подсчеты. Кто кому сколько чего должен, какие у сторон ожидания, и самый главный вопрос — как при всем этом сохранять Равновесие. На ухо Малфою, обдавая запахом железа, постоянно что-то шепчет Гекхал.
— Вот этот отморозок. Редко держит слово, а его товар все хуже и хуже. Твой отец отчего-то все еще держит его в нашем круге. Но я бы очень хотел перемен.
«Держит, потому что он влиятельный в Магическом Мире». Это один из главарей Лютного переулка, и Малфой его прекрасно знает. С ним шутки плохи, и, раз у отца были причины его опасаться, значит, и Драко их поймет. А пока он лишь коротко кивает, передавая подписанный и заверенный договор на сделку. И тот уходит, не дожидаясь конца собрания. На самом деле, так делают все. Никто не жаждет оставаться в Подземельях надолго.
— Это все Сизые, — шепчет ему Гекхал, — они не разрешают вторгаться в Воды больше нужного.
— Не разрешают? — с удивлением переспрашивает Драко. — Ты с ними говорил?
— Да, у нас есть дни Переговоров. И они все знают, и даже больше.
— То есть, они разговаривают, и можно с ними обсудить…
— Нечего с ними обсуждать, — резко обрывает его Гекхал. — Если тебе дорога жизнь, спорить с ними ты не станешь.
— Но кто они такие?
Гекхал раздраженно толкает под столом его лодыжку.
— Сиди и делай деловое и строгое лицо. Пока у тебя неплохо получалось. Про остальное поговорим потом, сейчас не время и не место.
Драко коротко кивает и продолжает. Но теплое чувство разливается у него внутри. Оказывается, он сможет поговорить с теми, о ком так мало известно даже самому Поттеру. Мысль о Поттере больно колет. Где он сейчас? Что в действительности произошло? И очень хочется видеть его лицо, и чтобы Поттер видел сейчас Драко…
— Мы идем уже больше нескольких миль. Неужели перемещаться по-другому здесь действительно невозможно? — он бы не жаловался, нет. Но боль в ногах от долгой ходьбы дает о себе знать. “И где это чертово дерево?”.
— Нас не должны заметить, — он не видит ее лица, Грейс обогнала его, намеренно или нет, и идет впереди.
