— Я ничего не могу сам, мне постоянно надо тебя спрашивать, и если каждый раз я буду натыкаться на твою раздраженную реакцию…
— Замолчи, Драко, я устала! Мы и нескольких часов не проехали, а ты уже сводишь меня с ума. Просто замолчи и делай то, что тебе говорят, без вопросов, — пожалуй, сейчас Гермиона похожа на Поттера. Ее взгляд действительно заставляет замолчать.
— Я тебя понял, — поджимает губы Малфой, и они идут дальше.
Насколько он уяснил из спора в поезде — ему только дышать можно без разрешения. Все остальное — лишь с согласия Гермионы. “Я не сойду с ума”, — шепотом себе под нос повторяет Малфой слова, когда-то сказанные Поттером.
Они боялись издавать лишние звуки. Иногда Артур уходил на разведку, и тогда остальные удваивали защиту, несмотря на его предостережения — он боялся, что их вычислят из-за интенсивной магической активности. Но даже Молли в его отсутствие не слушалась.
Они переместились на старое квиддичное поле. Так они условились при аппарации, долго размышлять времени не было. А вскоре оказалось, что это место оборудовали под укрытие для всех спасшихся в тот злосчастный день волшебников. Или же оно просто оказалось наиболее подходящим для этой цели — Артур не мог точнее узнать, потому что очень редко пересекался с мистером Макдеем. Тот всегда появлялся внезапно, оповещая о пополнении выживших. Чаще всего это были спрятавшиеся в Гринготтсе. И все они кашляли — им не хватало чистого воздуха и требовалось время адаптироваться к жизни под открытым небом.
Сегодня светила полная луна, и казалось, что кто-то наблюдает за ними, но Молли старалась пресекать панику и занимать делом встревоженный ум. Сегодня они украдкой ходили к небольшой опушке в поисках грибов и, возможно, лечебных корешков. На какое-то мгновение можно было даже представить, что они на затянувшемся пикнике или в укрытии от шторма.
Артур возвращается не один. С ним какой-то неотесанный уродец — это первое, о чем думает Молли, завидев полуголого молодого человека. Он издает рычание, словно раненный зверь.
— Мерлин всемогущий… Кто это, Артур?!
— Тише, Молли, — Артур выдвигает руки вперед в останавливающем жесте. — Я не собирался его забирать с собой. Меня попросили. Мистер Макдей. И ты знаешь, я не смог отказать.
— То, что ты не смог отказать Министру, я прекрасно понимаю, но кто это?!
— Что случилось, мама? — Джинни подбегает и тоже ужасается. На шум сбегаются и остальные.
— Ради Мерлина и нашей безопасности, замолчите! — не выдерживает Артур. Все ненадолго затихают. — Это один из них.
Гул возмущения и волнения снова нарастает. Некоторые, кто испуган больше других, предлагают прикончить “зверя”, как они его успели окрестить — а тот в ответ рычит и скалится сильнее. У него длинные волосы, запутавшиеся от спекшейся крови. Кто-то уже тянется за волшебной палочкой, чтобы “избавиться от нечисти” — но его закрывает собой Джинни. Молли охает, все остальные впадают в ступор.
— Что ты делаешь, деточка? — тихо спрашивает ее Артур.
— Он ранен, папа. И это всего лишь человек, хоть и не похожий на нас, но не он громил наши дома.
Артур кивает и поджимает губы.
— Будем же милосерднее! Это просьба Министра Магии!
Все немного затихают, но не расходятся, наблюдая, как Джинни приносит чужаку горячую воду и чистые тряпки.
— Я помогу тебе, — шепчет она, стараясь игнорировать крайне неодобрительный взгляд Мирча. — Ты только не дергайся и прекрати рычать, все и так напуганы…
Она усмиряет его, словно он — дракон. Он, оказывается, сильно ранен, по всей видимости, обжигающим заклятием, будто пытался прорваться сквозь магическую защиту. У Джинни получается облегчить ему боль, и он, тут же отключившись, падает на землю.
Поттер находит ее в доме, обвитом плющом — перед ним сразу отворяют двери.
— Я знала, что ты придешь. Это не случайность, — сходу сообщает она, впуская его и запираясь на замок.
— Откуда? — в ней что-то изменилось, но сложно уловить, что именно.
— Мне сказали, — не вдаваясь в подробности, отвечает она и направляется на кухню.
— Кто? — Гарри следует за ней, оглядывая комнату. Вроде все так же, но атмосфера дома словно стала враждебнее. Или враждебность исходит от самой Грейс?
— Это бывшие Посвященные, — она издает сдавленный смешок. — Мы теперь все — бывшие.
— И зачем они приходили сюда? — Гарри обходит ее, пристально всматриваясь, замечая все, вплоть до мелочей: опущенный взгляд, напряженная осанка. Ее руки чуть подрагивают, пока она заваривает чай, к которому, скорее всего, не прикоснется.
— Так надо, — она поднимает на него тяжелый взгляд и отворачивается.
Гарри молчит. Видимо, бывшие Посвященные ушли совсем недавно.
— Они взвалили на тебя еще какую-то непосильную задачу?
Она кидает на него быстрый взгляд, и в ее глазах мелькает страх. И еще много чего, так хорошо известного Поттеру. Словно она готовится выполнить невозможное — и, одновременно, неизбежное.
— Ты думала, все закончилось? И ты свободна и можешь делать, что хочешь, пока…
— Господи, заткнись! — она хватает кружку с чаем и разбивает о пол. — Ненавижу! Тебя и всех вместе взятых!
