Каково это?! Поверьте, пугающее ощущение. Мне приходилось работать с ампутантами, но я и сам испытывал нечто подобное… Вообще, это уникальная особенность того паралича, которым я переболел в свои двадцать с небольшим лет.
Сначала ты переносишь обычный грипп, который чуть повреждает миелин – вещество, которым укутаны наши нервные окончания. Твоя иммунная система перестаёт узнавать собственные клетки оболочки и начинает их атаковать. Нервы, лишённые этого – миелинового – кожуха, умирают буквально за пару дней.
То есть
Единственный способ спасти пациента – срочно заменить плазму крови и подавить иммунную систему. Если это срабатывает, то спустя какое-то время начинается долгий процесс восстановления: новенькие нейронные отростки должны постепенно прорасти от мозга к местам, так сказать, своей прежней дислокации. Ну а растут нервные окончания со скоростью около двух миллиметров в сутки.
Так что, если опустить все детали, я могу поделиться переживанием, когда у тебя – из-за отмирания периферической нервной системы – создаётся эффект ампутированного тела.
Мои парестезии (так называются эти аналоги фантомных болей) были удивительными! Больше всего мне запомнилось ощущение, что у тебя вместо ног резиновые грелки, набитые стеклом. Не знаю, как иначе это объяснить, но вот чувство именно такое.
Но самым неприятным был, конечно, «танец ног». Нет, сами они пластом лежали на кровати, но я физически ощущал, как они танцуют в воздухе. Это чем-то напоминало упражнение «велосипед», когда ты из положения лёжа крутишь педали. Только вместо ног у тебя как будто бы щупальца осьминога – без суставов, да ещё непонятной длины.
Прекратить это безобразие можно было с помощью простой хитрости – если я смотрел на ноги, то их «танец» прекращался. Есть одно «но» – в таком состоянии чрезвычайно трудно заснуть… А спать из-за общей слабости хочется немилосердно. Поэтому, когда я в очередной раз проваливался в забытье, ноги тут же шли в пляс и будили меня.
В общем, было весело, но существенно другое: важно, что наши ощущения – это только наши ощущения.
Мы можем чувствовать всё, что угодно, и вовсе не факт, что это вообще как-то связано с фактической действительностью.
Нечто подобное, к слову, происходит с нами постоянно. Возьмём для примера ваши чувства по отношению к другому человеку. Вы эти чувства реально испытываете – хоть любовь, хоть ненависть, – но не к нему, а к его образу в вашей голове. А кто создал этот образ, эту «проекцию» в мозге? Вы. То есть
Вы можете сказать, что, даже если и так, ощущения всё равно должны быть как-то связаны с реальностью. И вы будете правы. Но скорее всего, эта связь вовсе не такова, какой она вам представляется…
Вот вы чувствуете сейчас свою пятую точку? Скорее всего, нет. Но я спросил вас, и вы почувствовали – ваш мозг создал соответствующее ощущение. Мол, да, есть такая точка, сидит в кресле, и ей джинсы жмут. Секунду назад у вас не было этих ощущений, и вот они – вуаля! Есть связь с реальностью? Есть. Но какая?..
Итак, мозг создаёт всё, с чем мы в принципе имеем дело: все наши чувства, ощущения, мысли и переживания. В таком случае что ж странного в том, что он создаёт у нас и чувство нашего «я» – эту весьма привилегированную галлюцинацию?
Но значит ли, что оно – это «я» – у нас и в самом деле есть? Нет, не значит. А вот найти его не получается от слова совсем. Нейробиологи с ног сбились, а этот венец творения так и остаётся потаённым. Весь мозг уже просветили вдоль и поперёк,
