Несмотря на спокойное и жёсткое объяснение, Друзо старался сконцентрироваться на внешнем пейзаже, настолько великим было сочувствие, читавшееся на его лице. Затем, приняв обычное выражение лица, Наставник сказал:
— Сегодня мы стоим перед огромной магнетической бурей, и многочисленные обитатели низших областей сметаются ураганом, словно сухие листья порывом ветра.
— А они осознают это? — в растерянности спросил Хиларио.
Очень немногие из них осознают это. Существа, которые после могилы остаются такими незащищёнными — это те, кто не находит себе нравственного приюта ни в одном благородном принципе. Их души закружены и омрачены, поскольку они питают беспорядочные и жестокие мысли. Они ненавидят и разрушают, кусают и ранят. Поселить их сейчас в установленных здесь алтарях помощи — то же самое, что поселить тигров среди верных христиан, молящихся в храме.
И что, в таком вот ужасном расстройстве они остаются неопределённо долго? — в тревоге спросил мой спутник.
Ориентер попытался улыбнуться и ответил:
— Нет. Подобные фазы неосознанности и потери ориентиров также проходят как буря, хотя кризис может длиться многие годы. Охваченные вихрем испытаний, которые налагает на них боль, снаружи вовнутрь, душа, успокаиваясь, постепенно восстанавливается, вплоть до окончательного осознания ответственности, которую она сама же и создала.
— Значит, вы хотите сказать, что паломничества очищения Духа после смерти в мрачные закоулки страданий недостаточно, чтобы выкупить долги сознания? — в свою очередь спросил я.
— Совершенно верно, — пояснил наш друг, оборвав мои незаконченные замечания. — Отчаяние равнозначно безумию, в котором души предаются взрыву отсутствия сдержек и возмущения. Оно не является оплатой в божественных судах. Было бы неразумно, если бы должник улаживал криками и проклятиями обязательства, которые он взял на себя как плод своей собственной воли. Кстати, из ментальных расстройств, куда мы легкомысленно бросаемся, мы всегда выходим более несчастными, поскольку оказываемся ещё в большем долгу. Когда лихорадка безумия и возмущения проходит, виновный Дух возвращается к угрызениям совести и раскаяния. Он успокаивается, словно земля, которая обретает спокойствие и терпение после землетрясения, хоть и была потрясена и изранена. Итак, по образу почвы, которая снова служит полезным посевам, он подчиняется обновительному посеву своих судеб.
Нас охватило мучительное ожидание, когда Хиларио заметил:
— Ах, если бы воплощённые души могли
— Да, — добавил ориентер. — Это действительно изменило бы нравственный аспект мира. Однако человеческое существование, каким бы долгим оно ни было, является простым ученичеством, в течение которого Дух нуждается в благотворных ограничениях, чтобы исправить свой путь. Используя новую физиологическую машину среди себе подобных, он должен отвечать на обновление, которое касается его, и это требует централизации его ментальных сил в земном опыте, к которому он временно привязан.
Текучие и мудрые слова Наставника были для нас источником особого очарования, и поскольку я чувствовал своим долгом пользоваться каждой минутой обучения, я в молчании задумался о качестве развоплощённых душ, которые испытывали давление внутренней муки.
Друзо понял мой внутренний вопрос и улыбнулся, словно ждал моего ясного и позитивного вопроса.
Подталкиваемый силой его взгляда, я почтительно заметил:
— Видя это жалкое зрелище, на котором нам дано было присутствовать, мы, естественно, приходим к вопросу о происхождении тех, кто переживает погружение в этот вихрь ужаса. Это обычные правонарушители или преступники, обвиняемые в совершении больших ошибок? Могли бы мы найти здесь примитивные существа, как наши аборигены, к примеру?
Дружественный ответ не заставил себя ждать.