— Лиза была моей лучшей подругой. А он ее убил, подложив бомбу в самолет.
— В самолете была бомба?
— Да. Лиза не хотела лететь, она знала, с этим самолетом что-то не то. Но ее уговорил жених.
— Жених?
— Да, Кийт. Кийт Ли. Отличный парень, богатый, красивый, любил ее до безумия. Это был его самолет. Он сам его вел. Мы все здесь знаем, что там была бомба. Но этого никто никогда не докажет. И все, Паша, кончаем говорить на эту тему. — Он увидел в ее глазах настоящий испуг. — Пожалуйста. Хорошо?
Кивнул:
— Хорошо.
— Ты не спрашиваешь, почему я не боюсь все это тебе рассказывать?
— Считай, что спросил. Почему?
— Потому что я женщина. А женщина чувствует мужчину. Мне почему-то кажется, ты меня не заложишь.
— Правильно кажется.
— А… — Махнула рукой. — Знаешь, я скоро отсюда ухожу. К черту, надоело.
— Надя, только вот что… если кто-то здесь, в «Хайдауте», будет пытаться тебя расколоть, скажем, начнет спрашивать, о чем мы здесь с тобой говорили, скажи, ни о чем не говорили. Занимались любовью. Только любовью, и все.
— Хорошо. — Посмотрела в упор. — Что… Я правильно поняла… спать с тобой мы не будем?
— А ты хочешь?
— А ты не видишь, что я хочу?
— Вижу.
Джон и Таня сидели за столиком. По тому, как они целовались, было ясно, что они тоже побывали наедине в одной из комнат «Хайдаута».
— А, пропащие… — Таня захлопала в ладоши. По ее глазам было видно: она сильно навеселе. — Садитесь. Вам полагается штрафная.
— Штрафная, значит, штрафная, — сказал Молчанов. — У вас все в порядке?
— У нас все, а у вас?
— У нас тоже. Джон, как ты?
— Я в полном порядке.
— Может, закажем что-то поесть? — Таня обняла Джона. — Но сначала, Пол, мы немного потанцуем?
— Обязательно потанцуем.
Сказав это, он заметил: с Надей что-то случилось. Побледнев, она шепнула:
— Посмотри туда.
Повернувшись, увидел Моню. Владелец «Хайдаута» шел в их сторону в сопровождении двух громил.
Обоих громил Молчанов уже знал, это были блондин с прической «конский хвост», стоявший у входа, и бритоголовый с усиками, выдавший ему ключ от комнаты номер 3.
Подойдя к столику, Моня метнул взгляд на девушек:
— Исчезните…
Девушек как ветром сдуло. Сев на освободившийся стул, Моня не спеша отставил в сторону оказавшийся перед ним стакан с остатками скотча.
Громилы остались стоять.
Одет владелец «Хайдаута» был в черный костюм, воротник его рубашки украшал галстук-бабочка. Казалось, Моню сейчас интересуют только его пальцы, которые он сцепил перед собой. Эти толстые, узловатые, привыкшие к сцепкам и захватам пальцы, на которых было несколько колец с бриллиантами и рубинами, а также лицо с носом картошкой и раздавленными ушами выдавали его бывшую профессию.
Не поднимая глаз, спросил по-русски:
— Что тебе здесь нужно? Зачем приперся?
Вопрос был обращен в пустоту, поэтому Молчанов и Джон ничего не ответили.
Подняв голову, Моня посмотрел на Молчанова:
— Я тебя спрашиваю. Что тебе здесь нужно?
Выдержав взгляд Мони, Молчанов сказал по-английски:
— Мистер, я не совсем понимаю, что происходит. Мы с моим другом вас не знаем, вы, не спросив у нас разрешения, садитесь за наш столик. Что все это значит?
— Ты отлично знаешь, что происходит. — Моня по-прежнему говорил по-русски.
— Сэр, настоятельно прошу вас говорить по-английски. Иначе мы просто не поймем друг друга.
— Хорошо, я скажу тебе по-английски: ты должен убраться отсюда.
— Простите, сэр, не знаю, как вас зовут… — Джон посмотрел на Моню. — Вы, видимо, служащий этого заведения?
— Я хозяин этого заведения. И хочу, чтобы ты и тот, кто с тобой пришел, отсюда ушли.
— На каком основании?
— На таком основании, что я этого хочу. Мне не нравится, что вы здесь.
— Но, мистер, мы заплатили за вход, мы оплачиваем все услуги, которые нам здесь предоставляют. Ведем мы себя исключительно смирно. Чем мы вам не угодили?
— Твой друг знает, чем вы мне не угодили. Вышвыривайтесь отсюда.
— Мистер, здесь какое-то недоразумение, — сказал Молчанов. — Мне кажется, вы принимаете меня и моего друга за кого-то, кем мы не являемся.
— Слушай… я знаю, кто ты такой.
— Сэр, вы не можете меня знать. Мы моряки, работаем на линии «Транскарибиен Карго», пришли сегодня в Нью-Йорк. Поскольку мы бывали в вашем клубе раньше, мы решили снова сюда заглянуть. Нам здесь нравится. Но вас, вы уж извините, мы видим впервые.
— Мы вас в самом деле не знаем, поскольку никогда не интересовались, кто владелец этого клуба, — добавил Джон. — Уверяю, вы нас с кем-то путаете.
Хозяин «Хайдаута» сидел, разглядывая свои пальцы. Ясно было, что он колеблется.
Наконец Моня посмотрел на блондина:
— Позвони в порт, проверь. Это по твоей части.
Достав из кармана телефон и набрав номер, блондин прижал трубку к уху.
Ждать ему пришлось долго. Услышав наконец отзыв, блондин спросил:
— Порт? Будьте добры, скажите, у вас стоят сейчас суда линии «Транскарибиен Карго»? Хорошо, я подожду. Ага… Как называется судно? Так… Откуда оно пришло? Ага… А кто там капитаном? Понятно. Спасибо. — Отключив связь, спрятал телефон в карман.
— Да не стой ты, садись, — сказал Моня. Подождав, пока блондин сядет, кивнул: — Ну что?
— Могу с ними поговорить.
— Так поговори.
