Зубы прокололи мою кожу, меня бросило в холод и пот, я застонала. Легкий укол боли и… наслаждение. Я умирала с улыбкой на губах. Как я его любила! Вот она — та правда, которую я так боялась осмыслить, та правда, что терзала меня даже во сне. Я любила Лео — глупо, по детски, с головой, по уши, обожала. Я знала, что никогда не буду принадлежать миру солнца, знала, что не смогу там жить, но старательно мяла в себе это знание, эту громкую правду, чтобы стать нормальной. Нормальной… Скажите мне, что есть нормально? Семья, дети, муж — для одних. Путешествия, свобода, одиночество — для других. Кто устанавливает нормы? Я улыбалась. Нек… прости меня тоже. Я врала всем — себе, Лео, тебе. Я никогда бы не пошла за тобой, никогда бы не осчастливила тебя семьей. Я не нормальна. Я улыбалась, чувствуя, как немеют ноги. Вот и все. Я тебя люблю, вампир… Темнота.
…Странно. Я приоткрыла глаза. Темно… Ничего не понятно — где верх, где низ? Я попыталась сесть — и мне это удалось. Я умерла? Тогда почему мне так плохо? Я покачала головой и едва смогла устоять. Зрение прояснилось. Я огляделась — пещера, мрак, одиночество. Хотя не совсем…
Надо мной склонился ангел. Аура Лео мерно сияла, глаза были печальны, локоны касались моих обнаженных плеч и приятно терли кожу. Такие мягкие…
— Лео? — Шепот.
— Тебя ждет другой мир, малышка. Мир людей.
— Нет…
Кажется, он улыбался. Я коснулась ослабевшими пальцами его прядей.
— В тебе новая жизнь. Прости ревнивого старика — Нек сумеет тебя защитить. Расти среди людей, Мия, ты же так этого хотела! Живи в мире смертных.
— Ты… уходишь? — На мои глаза навернулись слезы. Только не так. Не так.
— Я должен. — Серьезно кивнул он. — Я причинил тебе слишком много зла — думаю мы всегда убиваем тех, кого любим больше всего на свете. Ты будешь жить и жить счастливо. Да…
Он отступил, поджав губы. Его аура мерцала затухающе. Я закусила губу — я не стану плакать, не стану. Он меня не понимает, не понимает, что без него жить я не смогу, не понимает, что людей я ненавижу. Он не может уйти! Я заревела, размазывая по окровавленным щекам слезы. Я сидела в крови. Мне было все равно. Он терялся во мраке, исчезал, закутавшись в тени. Не так, нет! Он не может меня бросить! После всего…
— Я тебя люблю! Я ведь тебя люблю… — Я закрыла лицо ладонями. — Люблю, глупый вампир! Люблю…
— Нет! — Крикнул он, отрывая руки от моего лица. Он злился. — Ты не можешь меня любить, ты не должна — я монстр! Ты же видела — я демон, зло! Ты не можешь…
— Я тебя люблю. — Твердо сказала я, ласкаясь щекой к его пальцам. — Я тебя люблю…
— Нет, не смей! — Он оттолкнул меня прочь. Я рыдала, захлебываясь в крови, в крови нечисти. — Не смей говорить такое! Я никогда не смогу чувствовать, понимаешь ты или нет?! Я никогда не подарю тебе свет, не войду с тобой в Солнце! Как ты не понимаешь?! Ты же человек!! Ты должна жить среди людей!
Я приподнялась на руках и смахнула со лба налипшие окровавленные пряди. Меня вдруг захлестнула злоба — почему никто не дает судить мне, почему меня никто не слушает?! Почему никто не спрашивает, чего хочу я, почему это никого не интересует?!
— Лео, ты врешь сам себе, ты сам себя обманываешь! Признайся, что любишь меня! Скажи! — Я дрожала от ярости и еще — от страха, что оказалась не права.
— Бред… — Прошептал он пораженно. — Я не умею… не могу…Никогда! Да ты рехнулась! — Он издевательски расхохотался. — Рехнулась…
Во мне что-то оборвалось, гулко упало и разбилось, и лишь спустя секунду я догадалась — то было мое сердце… Это ложь, ложь, как я могла так обмануться?! Душа затрепетала и треснула, разливая пустоту. Он меня не любит. И никогда не любил. Никогда.
— Тогда… — Мой голос был глух и страшен. — Плевать. На все плевать. — Я, шатаясь, поднялась на ноги. Пустота, меня окружала пустота — так бывает, когда становится по-настоящему все равно. Я различила блеск в луже крови подле мешковатого мертвого тела. Кажется, это был один из «капюшонов». Который из тысяч? Я, проскользив туда и с трудом наклонившись, с удивлением и каким-то мрачным юмором отметила, что ритуальный кинжал несколько не затупился — хватит еще для одной жертвы. Ха, ха…
Я обернулась к Лео, поглаживая лезвие. Его глаза распахнулись, кажется, от понял…
— Ну что, вампир? В своей проповеди ты упоминал будущее. Что ты в нем видишь? — Какая-то холодная решимость и полная опустошенность. Мне даже стало смешно.
— Мия, успокойся.
— Успокоиться? Зачем? Какой в этом смысл? Прости, Нек, но нашему ребенку (ты ведь о нем говорил, да, Лео?) не суждено родиться. Каждый сам выбирает свой путь, так, наставник? Я не смогу жить без тебя и не хочу больше мучаться. Прощай.
— МИЯ!!! — Он бросился ко мне, но поздно — ритуальный кинжал разорвал ткани, вспорол внутренности и бросил снопы крови на некогда белоснежный подол. Я захрипела, от боли помутилось в глазах. Может быть, я упала… Я умерла.
Первой мыслью было — я в Раю. Второй — я в Аду. А третьей и самой грустной — я жива…
