Лыков отшатнулся от учителя, несколько мгновений смотрел ему в глаза, потом принялся ворошить волосы на голове:
– Да… Однако… А что? Могло быть. Могло.
– Теперь ты меня понял?
– Проникаюсь.
– Смотри, – строго начал Павел Афанасьевич, – имеется шайка. Умная и жестокая. Атаман – опытный фартовый, он знает, что главное – спрятать тело. Тогда не будет дознания. А можно тело не прятать, подделать естественную смерть от того же несчастного случая. Убивать при этом лишь людей денежных, с которых есть что взять.
– Утопили в ушате… – повторил Лыков. – Но это очень трудно! Человек не хочет умирать, он вырывается, бьется. Следы борьбы останутся.
– Смотря как топить. И потом, их много. Двое держат за руки, третий за ноги, четвертый клонит голову в ушат. Что сделает обычный человек, не такой, как ты? Лыков, понятное дело, их самих перебьет. Сколько бы разбойников ни оказалось. А простой кабатчик?
Коллежский асессор начал рассуждать:
– Если те, кто держит жертву за руки, наденут варежки… Не перчатки с рукавицами, а именно толстые варежки из мягкой шерсти. Тогда следов и впрямь не останется. А можно еще проще – напоить «малинкой» до бессознательного состояния. А потом сунуть голову в воду и держать так пять минут. Никто и не докажет, что человека утопили в ушате или бачке, а не сам он нахлебался в Крюковом канале… Да, это убедительная версия. Давно вы ее придумали?
– Уже второй год кручу в голове, – признался действительный статский советник. – Все руки не доходили. А сейчас должны дойти. Архип Осташков по всем статьям годится для проверки. Ну, айда к Плеве?
Директор Департамента принял сыщиков без проволочек. Он с полуслова понял Благово и сразу уяснил свою выгоду. Получить такое оружие против заносчивого градоначальника! Ведь если дознание подтвердит догадку Павла Афанасьевича, то Грессеру несдобровать. Сколько умышленных убийств скрыли его подчиненные? И все ради красивой отчетности. А не с подачи ли самого градоначальника много лет тянется эта махинация?
– Идите и проверьте случай с трактирщиком, – приказал тайный советник. – Докладывать мне все открытия немедленно.
– Слушаюсь, – лаконично ответил Павел Афанасьевич.
Вернувшись в кабинет, он спросил Алексея:
– Как отличить, что утопленника бросили в канал уже мертвым?
Тот развел руками:
– Понятия не имею. Я не патологоанатом. В легких вода, синяков и ушибов не видать…
– Я тоже не патологоанатом, но две догадки имею.
– Павел Афанасьевич! Вы ж морской офицер, а не лекарь. Какие у вас, извините, могут быть догадки?
– А мозги тебе на что? Еще мой ученик. Эх…
Благово явно издевался. Наконец, помучив помощника, он сказал:
– Во-первых, трупные пятна, а во-вторых, планктон.
– Трупные пятна? – задумался Алексей. – Ага! Если человек свалился в воду по своей воле, сдуру или спьяну, то сразу оказался в жидкой среде. Трупных пятен в таком случае быть не должно, верно? А ежели его утопили в ушате, где-нибудь в притоне, и хотят выбросить тело в канал, то надо сперва дождаться темноты, вызвать блатноги[86]. Все это время покойник лежит, к примеру, на спине. И тогда там начинают образовываться трупные пятна. Потом его бросят в канал, он станет похож на рядового утопленника, но пятна выдадут! Верно?
Шеф поправил:
– Верно для тех случаев, когда тело извлекли из воды достаточно быстро. Вода со временем растворяет и вымывает кровяной пигмент, и тогда пятна исчезают. Но наш ярославец был в воде, судя по всему, недолго. Если даже паспорт смогли прочитать… Мужские тела в одежде плавают обыкновенно лицом вниз, с опущенным головным концом. Женские – лицом вверх…
Лыкова передернуло, но он все же спросил:
– Откуда вы знаете?
– Опыт, юноша. Так вот, пятна могут оказаться и у утопленника, это будут кровоподтеки на месте ушиба мягких тканей при ударе об воду или, например, какой-то предмет на воде, лодку или ступени лестницы, если он поскользнулся и полетел по ней вниз. Надо отличить собственно кровоподтеки от трупных пятен. Понимаешь разницу?
– Нет.
Павел Афанасьевич вздохнул и сбавил тон:
– Алексей. Я помру, ты у кого будешь учиться?
– Но не завтра ведь? У вас и буду, – попытался ерничать коллежский асессор. – Потом, я не лекарь. Да и вы, сказать по правде, тоже.
– Думай, думай. Всегда и везде в первую очередь думай. Заведи дружбу с докторами. Изучай анатомию, записывай типические случаи в особую тетрадь, стань своим в моргах. Учись всю жизнь!
Вице-директор отодвинул пустой стакан и продолжил объяснять:
– Итак, кровоподтеки есть следы ушибов и ранений. А трупные пятна другое. Когда сердце человека перестает биться, кровь останавливается. Ее распределение в теле подчиняется силе тяжести. Вследствие посмертного разрыхления сосудистых стенок начинается проникновение лимфы и составных частей крови, в том числе и красящего вещества, из просветов сосудов через их стенки в окружающую толщу тканей. Понимаешь?
– Пока да.
