Однако строптивец действительно всерьез и долго артачился, каждый вечер под звук ударов монотонно зачитывая хозяину Устав, где в нынешний, катящийся в тартарары век черным по белому было прописано, что черт на службу должен явиться полностью здоровым и боеспособным. Виданное ли дело? Вертемягину даже пришлось несколько поумерить свой пыл. Однако колдун не был дураком и всегда рассчитывал время таким образом, чтобы черт успел к утру восстановиться, а основные воспитательные меры проводил в свободные от дежурств выходные. И уж тут-то хватало и времени, и сил с лихвой отыграться за напряженную, полную противостояния с хитрой бестией недельку.
И вот накануне наступил долгожданный успех. Скорее всего, черт понял, что не сможет победить, и решил смириться. Новая, без ложной скромности, гениальная система, придуманная Вертемягиным полгода назад, в конце концов сработала так, как и рассчитывал колдун. Система заключалась в усилении наказания за каждую попытку сопротивления. И снижение в случае образцового послушания. Пытаясь противостоять хозяину, черт в конце концов достиг нестерпимого уровня пыток. И сдался.
Вечером он молчал, перестав изводить колдуна пунктами Устава. А утром сам, без дополнительного понукания сварил и подал вполне приличный кофе. И попросил отменить утреннюю порку, мол, рубашка перед работой пачкается кровью и ее тяжело быстро отстирать. Конечно, за дерзость тут же получил. Но то, что черт начал умолять, – хороший знак. Скоро он сломается окончательно.
Стук в дверь прервал благостные мысли.
Владимир тут же распахнул створки и низко склонил голову.
А сам Вертемягин поднялся, приветствуя главу Управления.
– Доброе утро, ваша светлость, – проговорил он, складываясь в поклоне, но начальник только махнул рукой.
– Берите Владимира, господин Вертемягин, и отправляйтесь. На Фонтанке ограбили ювелирный, с использованием дива.
– А полиция? – Вертемягин нахмурился, понимая, что вопрос риторический. Див-грабитель, судя по всему, довольно силен.
– Полицейский див и прилетел с докладом. Жандармам не сладить. Но это не все. Посыльный сам видел нападавших и описал Иннокентию. По его словам, див выглядит как «тигр размером с лошадь».
– Думаете, это опять он? Дивногорский?
– Да, возможно. Когда этот чертов анархист сбежал из сумасшедшего дома, после того как проник туда, хитро притворившись душевнобольным, то дива, что ему помогал, описывали именно так.
– Не думаю, что он притворялся, – пробормотал Вертемягин и, повернувшись к Владимиру, рявкнул:
– Ты почему еще здесь? Не слышал приказ его сиятельства? Твое дело – черт. Колдуном я сам займусь. Вперед.
Див и колдун уже почти добрались до Михайловского замка, когда Лев Николаевич ощутил, что шерсть на загривке встала дыбом. Он остановился, чтобы прислушаться к ощущениям, и тихонько зарычал. Никакой ошибки: по воздуху приближался див. Силу пока определить сложно, но то, что преследователь во много раз превосходит Льва Николаевича, чувствовалось совершенно отчетливо. Хотя бы по тому, что желание немедленно уменьшиться до размеров обычного кота и забиться в какую-нибудь щель в надежде стать незаметным пришлось подавлять волевым усилием. Колдун Дивногорский еще не почуял опасности и не успел отдать соответствующее распоряжение… Но Лев Николаевич и сам никогда не бросит на произвол судьбы своего боевого товарища! Поэтому он рыкнул громче, чтобы человек точно услышал. И хозяин немедленно остановился и повернулся.
– Погоня? – спросил он.
Кот прижал уши.
– Управление?
Лев Николаевич снова зарычал и повернул голову в ту сторону, откуда приближался див.
Хозяин выругался и добавил:
– Этого следовало ожидать. Вот что мы сделаем.
Он вытащил деньги из-за пазухи, положил в коробку, саму коробку смял и затолкал в водосточную трубу.
– Отвлеки его и спрячься. А я попробую убраться отсюда, пока наша барышня не очнулась и не описала мою внешность. Если сумею уйти – встретимся дома.
С этими словами хозяин указал на ближайшую дверь черной лестницы, точнее – на висевший на ней замок. Лев Николаевич аккуратно сбил его лапой и немедленно бросился обратно во дворы, на ходу срывая одну из решеток, перегораживающих вход. Бант он выпустил изо рта и держал зубами за ленту так, чтобы амулет не касался тела.
И это сработало. Див Управления начал стремительно приближаться, а значит, учуял и бросился в погоню. Отлично. Сейчас главное – увести его подальше от хозяина. Рядом река, там есть лодки. Если колдун не привлечет к себе внимания, то сможет сбить легавых со следа.
И останется только самому не потерять бдительность и не попасться. Иначе див Управления мигом сожрет.
От этой мысли накатил ужас, шерсть встала дыбом, и, зашипев, Лев Николаевич наконец дал волю своему страху и огромными скачками бросился наутек.
Но далеко убежать не успел. Волна силы накрыла его, и он, снова сжав амулет в зубах, прыгнул под козырек, прикрывающий вход в подвал. Сжавшись в комок, он затаился, не поддаваясь соблазну уменьшиться. Рано, пока рано.
